Содержание

Детская мебель: мебель для детской комнаты

Днепр, Индустриальный Сегодня 01:27

Винница, Старогородской Сегодня 01:14

2 500 грн.

Договорная

Кривой Рог, Покровский Сегодня 01:06

Сторожинец Сегодня 00:53

1 400 грн.

Договорная

Полтава Сегодня 00:52

Инструкция по сборке кровати Этюд, Соната, Аккорд

 

Инструкция по сборке

Кровать имеет встроенную металлическую ортопедическую решетку, которая поднимается со стороны изножья.

Удобный доступ до ниши под ортопедической решёткой обеспечивают механизмы подъема с газовыми амортизаторами с усилием открывания 500n для кроватей с шириной спального места до 1000мм, 1000н для кроватей с шириной спального места более 1000мм. Угол подъёма ортопедической решётки 30°. Рама кровати оснащена удобной ручкой – кольцом.

Механизм крепится к царгам кровати с помощью винтов м6х12, которые вворачиваются в футорки м6 (устанавливаются на производстве).

Серийная кровать двухспальная представляет собой обвязку из четырех деталей дсп: две спинки (детали 1 и 2) и две царги (детали 3). Внутри кровати четыре горизонтальных планки - упора (дет. №4). На эти упоры устанавливаются ребра жесткости (дет. 5 и 6) (см. Рисунок 1).

Мверху на упоры кладутся детали дна из ЛДСП 10мм. Дно под механизмом подъема не вынимается. Детали дна в количестве двух штук у ножной спинки могут выниматься, поэтому к ним крепятся врезные ручки в цвет ЛДСП (установка на производстве).

Мерийная кровать шириной 700, 800 и 900мм отличается от конструкции двухспальной версии кровати тем, что у нее нет детали №5 и детали дна у ножной спинки в количестве 1 штуки.

рис. 1. Детали серийной кровати с подъемным механизмом.

 

Последовательность сборки:

Перед сборкой необходимо прикрепить к царгам (дет.3) подъемные механизмы без газовых амортизаторов. Собрать каркас кровати из спинок и царг (детали 1, 2, 3) с помощью конфирматов, предварительно прибив к нижнему краю подпятники с помощью гвоздей.

К царгам (дет. 3) прикрепить поперечные упоры  (дет. 4) шириной 8см. Внутрь кровати положить дно 10мм (без врезной ручки) к головной спинке (дет. 1). Крепим к царгам ребро жесткости (дет. 6) с помощью конфирматов.

С подъемного механизма откручиваем гайки на той части, которая крепится к царге, прикручиваем газовый амортизатор, закрепляя его гайкой.

Кладем второе дно врезной ручкой к головной спинке.

Если кровать двухспальная, то после этого ставим продольное ребро жесткости (дет. 5) с помощью конфирматов.

Крепим металлическую решетку к подъемному механизму.

Если необходимо выравниваем решетку с помощью винтов (за счет продольных отверстий).

Закрепляем амортизатор у решетки с помощью гайки.

К ребрам жесткости сверху на гвозди прибиваем оставшиеся подпятники. К решетке крепим тканевую ручку-кольцо.

У «Аккорда» завершающим действием крепим декоративные боковые накладки с помощью шкантов и клея.

 

 

рис. 2 вид сбоку серийной кровати.

При высоте царги 340мм глубина посадки матраса в таком расположении подъёмного механизма будет составлять 60мм

рис. 3 Присадка под футорку м6 для крепления подъёмного механизма на царгах кровати.

Металлическая ортопедическая решётка крепится к механизму с помощью винтов м8х45 с гайкой м8. Присадка указана на следующих 2-х рисунках.

Как собрать кровать своими руками

Общие положения сборки кровати

Как известно, сборка любой кровати должна осуществляться правильно, с соблюдением всех необходимых условий. Поэтому процесс, как собрать кровать своими руками, нельзя назвать простым, с которым может справиться любой начинающий мастер. Дело хотя бы в том, что для надежного выполнения процесса необходимо специальное оборудование, которое не у каждого человека может дома оказаться под рукой. При этом, понятное дело, что сборка двуспальных кроватей будет отличаться, например, от кровати-манежа.

Также стоит учесть, что кровать своими руками должна быть собрана с учетом необходимых замеров, позволяющих в будущем избежать деформации «ложа». Кроме того, определяясь, как собрать детскую кровать своими руками, стоит учесть, такой фактор как детская непоседливость и энергия, бьющая ключом. Поэтому обратите внимание на потребности этих маленьких непосед, которые обязательно будут прыгать на кровати и проверять ее на прочность. Для того, чтобы ситуация не стала грозить малышам травмами, необходимо, чтобы кровать была правильно собрана и справилась с подобными нагрузками. В противном случае, кровать, собранная своими руками, может сломаться и даже нанести физический и эмоциональный ущерб ребенку.

Следующим момент, на который обязательно нужно обратить внимание при решении собрать кровать своими руками, это степень прикладывания сил при работе. Так, например, болты должны быть хорошо затянуты. При этом если их не дотянуть, то тогда кровать будет шататься и со временем расхлябается еще больше. В том же случае, если болты будут перетянуты, то можно повредить скрепляемые части конструкции.

Самое же главное условие при выполнении качественной сборки кровати своими руками заключается в том, что необходимо, чтобы кровать, которая «пришла» к вам домой имела понятную инструкцию по своей сборке. При этом, естественно, инструкция должна быть на русском языке и иметь для наглядности поясняющие рисунки. Как известно, сегодня все солидные фирмы снабжают свой товар подобными сопроводительными «документами».

Конкретный пример сборки кровати

В качестве же конкретного примера, позволяющего понять основные шаги по тому, как собрать кровать своими руками, можно привести выполнение работ по созданию двухъярусной детской кровати. Для начала нужно разобраться в перечне крепежных элементов. Так, в комплект по сборке данной кровати должно входить 9 болтов М6 110 мм, 5 болтов 50 мм, 14 штук гаек М6 12, а также 4 штуки деревянных шкантов и 8 деревянных торцевых заглушкек. Кроме того, необходимо приготовить для работы ключ шестигранный М6.

После того, как вы убедитесь, что все детали крепежа есть в наличии, можно приступать к изучению и выполнению инструкции того, как собрать кровать своими руками. Предложенный порядок сборки данной конструкции «говорит», что сначала необходимо на спинки верхнего яруса поставить заглушки, а затем нужно аккуратно собрать кровать, находящуюся на нижнем ярусе. Следующий этап работы будет заключаться в том, что в спинки нижнего яруса вставляются соединительные шканты.

Далее происходит сборка кровати верхнего яруса и установка ее на кровать нижней секции. После этого нужно подумать о лестнице и присоединить ее, а также ограничивающий бортик верхнего яруса, к уже собранной конструкции. Затем производят окончательную протяжку всех крепежных соединений. Теперь для завершения работы необходимо на верхний и нижний ярусы вложить подматрасные планки и закрыть листами ДВП. И все – сборка кровати своими руками закончена.

Надеемся, алгоритм выполнения работы вам понятен, и кровать, которую вы сможете собрать своими руками, будет радовать вас и ваших родственников не один год.

как отдыхали советские дети в пионерлагерях: Россия: Путешествия: Lenta.ru

Для большинства современных детей, окруженных гаджетами, игрушками на любой вкус, избытком сладостей и всяческими развлечениями, одна мысль о том, что когда-то в магазинах не было даже сахара, кажется нереальной. Тем не менее советским пионерам, растущим в суровых условиях дефицита всего вышеперечисленного, скучать не приходилось. Они сами выдумывали для себя игры, проводили весь день с друзьями во дворе и познавали жизнь без интернета. А самым ожидаемым событием для каждого школьника была поездка в пионерлагерь, где его ждала встреча со старыми друзьями, дискотеки с медляками, вечера с гитарой у костра и ночные прогулки под звездами тайком от вожатых. Чем советские лагеря так завлекали детей и почему многие взрослые по-прежнему испытывают тоску по тем временам, «Ленте.ру» рассказали сами бывшие орлята, артековцы и другие пионеры.

«Самое теплое воспоминание — это встреча после зимы, когда все знакомые съезжаются, обсуждают, у кого что произошло за этот год, кто приехал, кто не приехал и почему. Ждали второй смены и надеялись, что кто-то из ребят приедет.

Я ездила в пионерский лагерь от Торгово-промышленной палаты (ТПП) несколько лет подряд, у нас там был свой любимый вожатый — Володя Ковбасюк. И, конечно, все расстраивались, если он попадал не в наш отряд. Мы бегали к нему все время на встречи. А если к нам — ну, естественно, все были счастливы.

Конечно, расставаться потом не хотелось, потому что за прошедший месяц все сдружились, и впереди-то ясно маячило расставание на целый год. Хотя те, кто были в ТПП, и потом тоже встречались — на елках в Министерстве внешней торговли. Но это, конечно, уже все не то, потому что когда проводишь время вместе долго, складываются совсем другие взаимоотношения».

«Начинался день с горна "вставай, вставай, дружок, с постели на горшок" — так звучало все это дело. Все вскакивали, на зарядку, после зарядки умывались, потом завтрак. После завтрака — кружки по интересам. Ну, кто-то там какое-то авиамоделирование, кто-то еще что-нибудь... Я очень любила кружок мягкой игрушки. Раньше игрушек же особо не было, поэтому привезти из лагеря мягкую игрушку, какого-нибудь зайца или медведя, тем более которого сама шила — это лучший подарок. К тому же заготовки там были очень хорошие, и если, например, сделать все так, как тебе говорят, то игрушки получались очень достойные.

Либо, если хорошая погода, купаться ходили. Потом сон, полдник и спортивные развлечения. Всякие там пионерболы, волейболы — активные игры. Потом ужин. После ужина либо кино, либо дискотеки, либо КВН, а потом отбой. Ну, а после отбоя тоже начиналось: иногда вылезали в окно — мы ходили к мальчикам, мальчики ходили к нам. Не скажу, что это связано с чем-нибудь романтическим, ну, просто так…»

«Однажды нам забили окна, чтоб гулять ночью не ходили. Вожатый Витя сказал: "Девочки, мне это надоело!" Взял и забил окна. А я как член совета дружины должна была идти на вечерний обход с главным вожатым Толей и ставить всем оценки в тетрадь. Мы вышли из корпуса, и я ему говорю: "Толик, что-то странное у нас, наверное, после пересменки забили окна, а нам дышать нечем, открыть не можем, чтобы проветрить". Он, недолго думая, взял лом с пожарного щита и окна наши открыл.

Потом, когда я вернулась в свой корпус, Витька спросил, все ли на месте, а потом еще и огромными шкафами дверь нам задвинул, чтобы через нее не вышли. Про окна-то он не знал! Мы с девочками очень смеялись. И снова убежали ночью гулять. А днем во время тихого часа отсыпались».

«"Орленок" был круче "Артека" — это все говорят. Он интереснее, там не было малышовых отрядов, только пионеры и комсомольцы — дети постарше. От поездки в "Орленок" у меня всегда было море эмоций. В этом лагере самое классное — повседневная работа. Например, все отряды были какие-то тематические. Когда мы приезжали, нас распределяли в разные группы, и мы заранее не знали, куда попадем.

Перед сменой опрашивали: "Что тебе интересно делать? Какое хобби?" А поскольку мне нравилось рисовать, то меня направили в отряд, где занимались газетами. Были ребята, которые писали, были фотографы, а у нас создавалось что-то вроде пресс-центра. И потом мы участвовали на мероприятиях в организациях жюри. Потрясающие газеты выпускали наши вожатые, и нас научили делать очень красивые штуки, объемные и разные шрифты. Учили детей журналистскому делу и даже брать интервью.

Над нашими газетами зависала вся дружина. Вешали газету перед столовой, и каждый номер ждал весь лагерь! Все любовались, читали статьи, смотрели наши рисунки».

«Еда была самая обычная. Та же, как дома давали. Каша, например, или запеканка со сгущенкой. Первое, второе, третье и компот. Котлеты, гречки, супы всякие разнообразные, фруктов много было. Даже мороженое нам давали иногда! Конфеты, печенье. В общем, нормально кормили, мы не жаловались. Но самое вкусное — это был черный хлебушек с собой в корпус. Вот это да! Сухарик потом засушишь и грызешь его полночи.

Мы были те еще хулиганы. Гуляли как-то ночью после очередного побега по лагерю и захотели есть! Смотрим — в столовой окно открыто, взяли и залезли. А там противень с котлетами стоит, и жир на них уже такой застывший… Котлеты без хлеба, конечно, ночью не шли, так что мы еще и в хлеборезку за хлебом полезли. Все эти шалости проворачивать всегда страшно было, так что мы прятались, на корточках сидели под плитой. Но в тот раз наелись котлет и ушли незамеченными!»

«Лагерь кардинально изменил мою жизнь. Вожатые там сумели сделать из нас людей, а дети блистали своими талантами, и за ними действительно хотелось тянуться. После одной смены я даже приехала и сказала: "Я, пожалуй, не брошу музыкальную школу, а еще доучусь". Мама была счастлива, что ребенок доведет дело до финала! Конкурсы-то в лагере были не только со стенгазетой связаны, мы там еще и пели, и танцевали — делали все, что могли.

Вожатский состав у нас был потрясающий. Там работали такие люди, в которых мы просто сразу влюблялись. Помню, у нас было две девушки — обе Татьяны. Одна была Татьяна Ларина, как по Пушкину, очень женственная. А вторая Татьяна Голтвина — такой вожак с гитарой наперевес. Она не молоденькая была, но очень-очень душевная. Этот человек обворожил всех детей! Она была такой внимательной, веселой и очень многому нас научила. Хочется, чтобы мир знал о таких людях и чтобы ее орлята помнили ее!»

«В лагере кипели страсти всегда, мальчики девушек делили, историй романтических было полно! В зрелом возрасте свою любовь я тоже встретила там, в лагере от МГТУ имени Баумана. А в 14 лет в другом лагере у меня случился первый кавалер! Он не то чтобы мне нравился, но мне нравилось, что ему нравлюсь я. А в 14 лет, еще и для такого очкарика, как я, это было вообще! Мы бродили с ним по ночам после отбоя. Камер-то не было, и можно было делать все, что угодно. Тогда же произошел и мой первый поцелуй.

Еще, помню, что однажды у нас проводили конкурс красоты, и я победила! У меня было шоковое состояние. В той смене я впервые почувствовала себя девушкой. Дети же в отрядах ходят в форме, личных вещей практически нет, кроме нательного белья, даже пижамы нам выдавали. Поэтому мы все были одинаковые — брюки, рубашка и пиджачок. Собственно говоря, там нечем было выпендриться, кроме как обаянием, интеллектом, ну, и красотой. Красотой-то я не блистала, видимо, за обаяние мальчишки меня и выбрали».

«Вожатые два раза в день проверяли чистоту наших палат. А в дождливые дни второго обхода не было, нам разрешали остаться в корпусе, и чем мы только ни занимались — рисовали и даже устраивали показы мод. Девчонки вываливали на кровать в кучу шмотки, и мы переодевались, менялись одеждой, на дискотеки наряжали друг друга. На дискотеках самый главный танец был, конечно, медляк. Младшие наблюдали, кто кого приглашает, а те, кто постарше, — уже все в любви. Дискотеку ждали всегда!

И вечерние фильмы тоже! Я помню, что показывали одинаковые киноленты постоянно, но там были хиты: "Неуловимые мстители", "Всадник без головы" и "Призрак замка Моррисвилль". При просмотре последнего дети просто пищали все от восторга. Главное, что этот фильм и в прошлом, и в позапрошлом году уже показывали, но нет — нам все равно всегда было интересно его пересмотреть».

«Было очень весело, мы вообще вели крайне социальную жизнь, и все были такими общительными! Что в школах, что после школы на всяких кружках. Конечно, жалко, что нынешние дети лишены многого в этом плане, потому что сейчас они даже гулять не ходят во двор. Мы-то без конца пропадали во дворе.

Поэтому пионерский лагерь был для нас только продолжением нашей общественной жизни. Там складывались, конечно, немного другие взаимоотношения. Потому что если в школе, когда учишься, расстаешься на ночь, то в лагере мы уже не расставались! И все продолжалось — со страшилками перед сном, со всякими побегами, гулянками и прочими делами».

Кровать от Клементины. Английская помощь советским госпиталям

В Ростовском медуниверситете еще недавно использовались койки и медицинские инструменты, привезенные в годы войны фондом супруги премьер-министра Великобритании Клементины Черчилль. Английская гуманитарная помощь –​ лекарства, аппаратура и мебель –​ спасла множество раненых во время войны. Память об этом почти исчезла.

Мемориальная доска в честь Клементины Черчилль на здании госпиталя в Ростове-на-Дону

– Я нашел подтверждение, что 289 городов и поселков Великобритании собирали деньги для СССР, – рассказывает Дмитрий Белов, историк из Волгограда, который написал диссертацию "Сталинград в оценке общественности Англии и США", а сейчас возглавляет Международный благотворительный фонд "Сталинградская битва". – Велся очень строгий документальный учет. В архивах сохранились газеты, где говорилось: за собранные 150 фунтов (цена одной койки) выдавался именной сертификат. Иногда несколько деревень в складчину старались оказать помощь. Я нашел документы, как четыре деревни собрали 120 фунтов. Для простых людей это были большие суммы.

Фонд помощи Красному Кресту России под руководством Клементины Черчилль, супруги британского премьер-министра Уинстона Черчилля, собрал один миллион фунтов стерлингов с середины октября по декабрь 1941 года. К концу войны сборы составили восемь миллионов фунтов стерлингов, говорится на официальной странице фонда. Сбор средств и оказание помощи продолжались и с началом холодной войны, вплоть до лета 1948 года.

– Помимо фонда под руководством Клементины Черчилль, образовывались и другие фонды, – перечисляет Белов, – например, фонд "Сталинградская больница" (Stalingrad Hospital Found) планировал обустроить новую больницу на 500 коек в Сталинграде. Был объявлен сбор 75 000 фунтов стерлингов. Однако гуманитарную помощь Сталинград в полном объеме не получил. Город был слишком разрушен, чтобы поставлять сюда высокотехнологичную медицинскую помощь. Была оборудована лишь одна палата в госпитале инвалидов Великой Отечественной войны в Сарепте (южнее Сталинграда).

Детское отделение в городской больнице Ростова, оснащенное английским оборудованием

"Рабочие, фермеры, мелкие лавочники, интеллигенты, шоферы, грузчики, трамвайные служащие, домашние хозяйки, матросы, полисмены, школьники – все, все слали в посольство свою лепту, кто сколько мог, желая выразить тем самым свою симпатию к советскому народу и хоть немного облегчить бремя выпавших на его долю бедствий. Иногда деятели точно указывали, на что должны быть израсходованы их деньги – на медикаменты для раненых, или на приобретение санитарного автомобиля, или на помощь сиротам, или на теплую одежду для семей мобилизованных", – пишет в своих воспоминаниях советский посол в Англии Иван Майский.

"Раненые лежали на полу"

Списки необходимого оборудования и медикаментов составлялись Главным военно-санитарным управлением Красной армии. Потом они отправлялись Сергею Саркисову, представителю исполкома Союза обществ Красного Креста в Лондоне.

Это были многостраничные листы, так как советские госпитали нуждались буквально во всем. "За период с 22 июня 1941 года по 1 января 1945 года было эвакуировано и реэвакуировано госпиталей на 1 032 975 коек", – вспоминал начальник Главного военно-санитарного управления Ефим Смирнов. Оснастить такое количество коек было сложно.

Смирнов сожалел о том, что в 1940 году было принято решение об уменьшении количества медикаментов, направляемых в войска. Поэтому приходилось просить помощи у англичан.

Дмитрий Белов

– Саркисов составлял многостраничные списки и мог корректировать поставки, запросив в первую очередь глюкозу, а закупку рентгеновских аппаратов отложить, – рассказывает Дмитрий Белов. – Все зависело от ситуации на фронте.

Председателю Центрального комитета помощи раненым Андрею Андрееву направлялись докладные записки, из которых следовало, что раненым приходится нелегко.

За неимением посуды для воды раненые таяли снег в консервных банках


"1 января в Москву прибыла санлетучка №674 (санлетучками называли несколько прицепных железнодорожных товарных вагонов. – РС). Все вагоны находились в антисанитарном состоянии. Раненые лежали на полу вагонов, на грязной и мокрой соломе, без носилок. Одеял не хватало. Судна и мочеприемники для тяжелобольных отсутствовали. В каждом вагоне было только по одной кружке для питья. Кружки грязные, в копоти. Ведер для воды не хватает. Чай заваривался в ржавом ведре. За неимением посуды для воды раненые таяли снег в консервных банках. В беседе с ранеными выяснилось, что продукты питания выдавались не полностью и ниже полагающейся нормы. Пища выдавалась без всякого учета категорий ранения. Тяжело раненным выдавались сухари, концентраты (пшено), которое не в чем было варить. Все раненые заявляют о том, что они всю дорогу голодали. Аналогичные факты обнаружены в санлетучках №675 и №653", – говорилось в одной из докладных записок о тяжелом состоянии раненых, прибывших в Москву с Калининского фронта в 1943 году.

Вызванный для разъяснения заместитель начальника Главного санитарного управления Красной армии товарищ Ходорков заявил, что на других фронтах дела обстоят еще хуже.

Английские тазы у советских медсестер

В госпиталях не хватало термометров, мочеприемников, подкладных суден, клеенок, кислородных подушек, шприцев, бачков для питьевой воды, лабораторий.

Как следует из отчета британского Красного Креста, в Россию безвозмездно было отправлено все, что требовалось для нормальной работы лечебных учреждений. Это были передвижные рентгеновские аппараты, которые устанавливались на автомобили, стационарные рентгеновские аппараты, электрокардиографы, машины скорой помощи, оборудование для аптек и медицинских учебных заведений, десятки тонн лекарств, аптечки первой помощи, кровати, хирургические инструменты (первая партия скальпелей насчитывала 160 тысяч штук, хирургических ножниц – 60 тысяч), а также столы, тумбочки, шкафы, одеяла, одежда. В 1944 году стали поставлять протезы.

Для ремонта больниц отгружались линолеум, отделочные материалы, швейные машинки, телефоны, письменные столы, чернильницы, подставки для ручек, дверные замки. Поставлялись предметы ухода и уборки, даже половые тряпки и дверные замки. Прачечные и кухни.

Английская госпитальная сеть

Чтобы увековечить память о сотрудничестве двух народов в годы войны, Клементина Черчилль предложила советскому послу Ивану Майскому создать сеть госпиталей в разрушенных городах. Перед тем как приступить к этой работе, Клементина Черчилль в апреле 1945 года прилетела в Москву, а оттуда поездом поехала в Сталинград, в Ростов-на-Дону и другие города. В Центральную городскую больницу Ростова Клементина Черчилль приходила в течение двух дней вместе с председателем Ростовского горисполкома Константином Гаркушенко. На хирургическом корпусе №3 в память об этом визите установлена мемориальная доска. Сейчас ее сложно рассмотреть из-за нависшего кондиционера.

Кондиционер над мемориальной доской в честь Клементины Черчилль

По результатам поездки Черчилль, основная часть грузов была направлена в Ростов-на-Дону для создания двух госпиталей. Ростовский центральный городской госпиталь на тысячу коек оснащал фонд Клементины Черчилль, а Центральный шотландский совет (Central Scottish Council) оборудовал поликлинику на 500 коек. Также были оснащены госпитали в Севастополе, Ялте, Кисловодске, Ессентуках, Пятигорске.

– На ростовских рынках в послевоенные годы продавалось много предметов из английской помощи, – рассказывает заведующая музеем Ростовского медицинского университета Татьяна Краевская. – После войны была тотальная бедность, и если была возможность что-то умыкнуть, то этим пользовались. К нам в музей вещи поступают тоже окольными путями.

В музее стенды заняты экспонатами об истории университета, есть экспонаты времен Второй мировой войны. Однако нет ни одного упоминания о Клементине Черчилль и оказанной англичанами помощи.

– Единственная вещь, которая у нас выставляется, – это банка с раствором, – говорит Краевская.

Татьяна Краевская с английской банкой

В углу стенда, рядом с советскими гимнастерками, шинелью и наградами стоит стеклянная банка, весом несколько килограммов, запечатанная пробкой и залитая воском. Она 75 лет простояла на кафедре биохимии медуниверситета и была передана в музей обычной лаборанткой. На чуть надорванной этикетке на английском языке написано: дезинфицирующий раствор.

– Еще я могу показать несколько медицинских приборов – зонты, ранорасширители, части стоматологической бормашины с клеймом "USA". Но они лежат просто так, сваленные в кучу. Эти вещи принес Даниил Османов, наш студент из поискового отряда.

По словам Османова, инструменты передала дочь военного медика-генерала, ее фамилию он не знает, так как напрямую с ней не общался. Он говорит, что в урологическом отделении медуниверситета до сих пор в палате стоят кровати от Клементины Черчилль, на которых лежат больные.

Медицинский инструмент с английским клеймом

Также сохранились несколько лабораторных столов для биохимических опытов, покрытых кислотоустойчивой плиткой зеленого цвета. За ними занимаются студенты. Для хранения реактивов используется английский шкаф. На одной из кафедр есть кресло, циркуль для измерения головы, маточный зонт, скелет. Чудом сохранился изготовленный из дерева сундучок медсестры. На английской резиновой "попе" студенты учатся до сих пор делать уколы.

"Мы говорили тихо…"

О помощи, полученной из Англии, медицинские работники неохотно рассказывали в советское время, без энтузиазма говорят и сейчас.

– Мы говорили тихо, в закрытых кабинетах и даже иногда и сами себе не могли ничего сказать, – вспоминает бывший начальник медицинской части Татьяна Кошка, которая 40 лет проработала в ЦГБ. – Понимаете, время такое было. Мы не знали, что законно, а что незаконно. И даже если бы мы что-то говорили об английской помощи, то наши слова могли кем-то быть оценены и неизвестно, как все обернулось. Жизнь была сложная. Нам запрещалось говорить. Везде были шпионы. НКВД.

Тогда это все казалось чудом, когда лечить людей было нечем


Почему медики боялись предавать огласке факт английской помощи, пояснила Светлана Шевченкова, которая работала фармацевтом в аптеке при Центральной городской больнице:

– Понимаете, у нас не было никаких документов о том, что мы получили помощь от англичан, и нам было боязно говорить об этом, – говорит Шевченкова. – Мои начальницы – Зинаида Васильевна Турова и Надежда Александровна Мельникова – ездили на лошади, запряженной в телегу, получать английские медицинские препараты на аптечный склад, который находился на берегу реки Дона. Тогда аптеки сами изготавливали многие лекарства. Мы садились в ассистентской комнате за огромный стол, который тоже был из английской помощи. У него были еще выдвижные ящики, он состоял из двух секций. Было очень удобно работать и складывать туда полученные лекарства. Готовили растворы тоже в английских сосудах. Господи! Тогда это все казалось чудом, когда лечить людей было нечем. Все – в разрухе.

Маркос Поркшеян с английским микроскопом

В 1958 году, получив травму глаза, был демобилизован и вернулся домой из Польши военный врач Маркос Поркшеян. Он возглавил ЛОР-отделение в Центральной городской больнице Ростова и поразился ее бедности.

– Мне есть с чем сравнить. После окончания Военно-медицинской академии в Куйбышеве я служил полковым врачом в составе Северной группы войск. В работе мы использовали бывшее трофейное оборудование, которое немцы бросили, когда отступали в годы войны. Это была очень мощная по тем временам аппаратура, – говорит Маркос Поркшеян. – Однажды я пожаловался своему учителю профессору Александру Ханамирову на плохие инструменты, и он показал мне английские. Они были прекрасные. Удобные. Легкие. Блестящие. Потом и у меня появились такие же. В то время полученная помощь из Англии была божьим даром, потому что ничего не было.

Мы вылечили тысячи больных


Поркшеян показывает фотографии, где он изучает анализы под английским микроскопом.

– Точность у микроскопов и рентгенов была изумительной. Мы вылечили тысячи больных, – говорит врач. – До сих пор у меня на даче есть мощные пинцеты с английским клеймом. Я своим соседям-водителям говорю, если надо – обращайтесь, помогу вытащить любую деталь.

Маркос Поркшеян

Палаты в советских госпиталях оборудовались по стандартам британского здравоохранения. Инвалидные коляски и кровати обеспечивали максимальный комфорт при уходе. Основания кроватей поднимались и наклонялись набок примерно на 43 градуса так, чтобы больного можно было повернуть. Ножки кроватей тоже были необычными – они могли трансформироваться и ездить на колесиках, которые выдвигались при необходимости и убирались. А еще в основании крепился откидной столик, который можно было опускать и ставить тарелки с едой и убирать, когда столик был не нужен.

Конструкторы не смогли повторить английский вариант, потому что советский металл был другой


У этих кроватей есть еще одна интересная особенность – они именные, на многих экземплярах были привинчены таблички с перечнем английских городов, жители которых иногда в складчину собирали средства. К каждой кровати полагался набор постельных и медицинских принадлежностей: простыни резиновые, простыни парусиновые, индивидуальный аппарат для измерения давления. Всего – около 30 наименований. На каждые 15 коек поставлялся передвижной рентгеновский аппарат.

– Последний английский рентген-аппарат в ЦГБ я видел в 2002 году. Куда он потом исчез, я не знаю. Очень жаль, что кровати стали тоже выбрасывать, – говорит Поркшеян. – Многие заведующие отделениями говорили, что кровати приходили в негодность после 30 лет эксплуатации. Ну и что! Это история. Это ценность. Я в своих отделениях до последнего берег эти кровати – если ломались, то чинил, они легко подавались починке. Наши конструкторы с ростовского завода "Агат" по винтикам разобрали эти кровати, чтобы изучить их конструкцию. Сделали чертежи. Изготовили. Но примерно через полгода эти советские кровати стали ломаться – конструкторы не смогли повторить английский вариант, потому что советский металл был другой.

По словам Поркшеяна, две кровати из Англии хранятся в подвале бокса Центральной городской больницы.

Книга Клементины Черчилль "Мой визит в Россию"

Память об английской помощи советскому здравоохранению стиралась, невольно или нарочно, и в других городах.

– В Волгограде впервые вещественное доказательство английской помощи я нашел совершенно случайно, – рассказал историк Белов. – Мои коллеги из музея-панорамы "Сталинградской битвы", зная о том, что я пишу диссертацию, однажды сказали мне, что в запасниках музея есть какие-то таблички на английском языке, которые никогда не выставлялась. Я пошел в запасники и с удивлением обнаружил хорошо сохранившиеся четыре таблички, на которых было написано на английском и русском языках: "Эта палата оборудована на средства, пожертвованные жителями города и района Нит, Западный Уэльс, Великобритания, во славу божью и как дань закаленным сердцами защитникам Сталинграда, память о непоколебимом мужестве которых никогда не умрет. 1944".

Английский столик в Центральной городской больнице Ростова

Эти таблички были привинчены около одной из палат Волгоградской областной клинической больницы №1. А потом кто-то их открутил и выбросил на свалку, где их нашел шофер Волгоградской областной клинической больницы №1 Васильев (имя в картотеке музея не указано). Он решил, что таблички важны для истории.

– Остался ли в живых этот человек, я не знаю, но благодаря ему были найдены вещественные доказательства оказания помощи со стороны англичан, – говорит историк Белов.

Здесь нет никакой политики, как это сейчас видится


Он нашел потомков англичан, которые делали пожертвования. В их семьях бережно хранятся и сертификаты, свидетельствующие об оказанной помощи, и чеки с указанием пожертвованных сумм.

– Хирургические инструменты английской фирмы Mayer & Phelps, купленные на средства, собранные жителями города Нит, до сих пор используются по назначению в Волгоградской областной клинической больнице №1, – говорит Дмитрий Белов. – Я проанализировал более 500 мотивационных писем от англичан: некоторые писали, что хотят помочь воюющему народу, другие хотели почтить память родных, погибших на фронте. К сожалению, английскую помощь стали вычеркивать из истории. Английские простые рабочие оказывали помощь советским простым людям – здесь нет никакой политики, как это сейчас видится.

Ан-24 возвращается в китайской версии – Бизнес – Коммерсантъ

Китайская Xi’an Aircraft собирается перенести в Россию сборку турбовинтового самолета МА-60 — китайской версии советского Ан-24. Инвестиции в создание производства могут составить $100 млн. Проект стал привлекательным из-за девальвации рубля и может отчасти решить проблемы с заменой устаревшего российского парка турбовинтовых судов.

Минвостока подписало с китайскими компаниями Xi’an Aircraft Industrial Corporation и Jiangsu Baoli International Investment Company рамочное соглашение о локализации в Комсомольске-на-Амуре сборки самолета МА-60. Это китайская модернизированная версия советского пассажирского турбовинтового регионального самолета Ан-24, производство которого в СССР прекратили в 1979 году. Выпуск самолетов будет ориентирован прежде всего на экспорт.

«Речь идет о марке МА-60, которую сейчас выпускают наши китайские партнеры; о производстве, локализованном в Комсомольске-на-Амуре и ориентированном на экспорт в 16 стран мира и отчасти (на поставки) в РФ»,— пояснил глава Минвостока Александр Галушка (цитата по «Интерфаксу»). По его словам, стороны договорились, что к 30 октября будет выработана соответствующая финансово-экономическая модель, производство предполагается организовать на территории опережающего развития (ТОР) «Комсомольск».

Министр пояснил, что интерес к размещению производства китайского самолета в РФ возник благодаря созданию ТОР, а также благодаря девальвации рубля. «Очевидно, что девальвация рубля в целом базово изменила конкурентоспособность, условия инвестирования и ведения бизнеса в РФ»,— пояснил он. Благодаря девальвации российские экспортные проекты стали гораздо более конкурентоспособными.

«Наш проект будет осуществляться по этапам. На начальном этапе — финальная сборка, постепенно будут производиться элементы самолетов»,— заявил глава Jiangsu Baoli Чжоу Дехун. Jiangsu Baoli будет участвовать в проекте в качестве компании, управляющей ТОР «Комсомольск», добавил он. Объем инвестиций предварительно оценивается, по его словам, в $100 млн. Мощность сборочного производства составит около 50 самолетов в год.

В последние годы российские власти активно ищут замену устаревшему парку турбовинтовых самолетов. «Ростех» создал СП с канадской Bombardier по сборке в Ульяновске самолетов Q400, однако реализация проекта остановилась из-за санкций. Проект восстановления производства Ил-114 был признан Минпромторгом нерентабельным. В этих условиях сборка китайских самолетов могла бы удовлетворить спрос на этот вид судов в РФ, который эксперты оценивают как небольшой.

Юрий Барсуков



Как развивается сотрудничество России и Китая в области авиастроения

По трем основным направлениям протекает сотрудничество России с Китаем в области авиации. Первое – это совместное создание к 2025 году широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета. По линии ЗАО «Гражданские самолеты Сухого» (ГСС) обсуждается возможность производства отдельных компонентов самолета SSJ-100 на заводе Корпорации авиационной промышленности Китая. Наконец, третий совместный проект затрагивает взаимодействие двух стран по созданию тяжелого вертолета (AHL). Читайте подробнее

13 крутых идей — INMYROOM

Наверняка у вас дома найдется устаревшая мебель или советская стенка, которая не вписывается в современный интерьер, делает его неуютным и даже мрачным. Но это не повод устраивать шопинг: при желании старомодную мебель можно обновить. Тем более что сделать это совсем нетрудно: вам понадобятся съемные обои, краска и немного вдохновения.

Смените это немедленно

Сделать из устаревшего комода стильную тумбу проще, чем кажется на первый взгляд. Просто украсьте его понравившимися обоями, упаковочной бумагой или даже коллекцией фотографий с отпуска.

Выход в цвет

В этом сезоне сочные цвета особенно актуальны. Так почему бы не вдохнуть новую жизнь в старый стул, покрасив его в яркий цвет? Изящная аппликация на спинке и подушка вместо сиденья — теперь ваш стул абсолютный must-have на дачной веранде.

Сам себе художник

Не спешите выбрасывать старый стол: от потертостей и царапин можно легко избавиться с помощью оливкового масла. А можно пойти дальше и изменить стол до неузнаваемости. Тем более что сделать это не так уж и сложно: вам понадобится краска и немного вдохновения.

Большие перемены

А старый диван или сундук можно превратить в удобную тахту. Для этого достаточно перекрасить его и накрыть мягким матрасом. Пара декоративных подушек – и можно смело ставить тахту в прихожую.

На все случаи жизни

Столик на колесах – вещь многофункциональная. Его можно использовать как журнальный столик или небольшую тумбочку, а еще он пригодится для завтраков в постель. Вам нужно только перекрасить столик в яркий цвет.

Легкость бытия

Начать с чистого листа – это и про мебель тоже. Дайте старому комоду еще один шанс и измените его до неузнаваемости. Можно, например, включить фантазию и нарисовать на ящиках цветы. А если заменить верхние ящики компактными корзинами, комод станет казаться не таким громоздким.

Белее белого

Тот же трюк можно проделать и с тумбочкой: ее легко преобразит красивая фурнитура. А простая замена ручек может спасти даже безнадежно устаревшую тумбочку времен советской эпохи.

Максимум пользы

Времена туалетных столиков давно прошли, но это не значит, что доставшемуся вам экземпляру место в антикварном магазине. Превратите его в письменный стол: для этого важно нужно только убрать зеркало и перекрасить столик.

Красота в деталях

Резная спинка, которая делает кровать такой громоздкой и старомодной, отлично подойдет для украшения тахты. Спинка придаст тахте недостающей изюминки и сделает ее еще удобнее. Главное, покрасить спинку в подходящий цвет.

Секреты в шкафу

А старый книжный шкаф можно сделать более функциональным, прикрепив дверцу к нижним полкам. Дверцу можно использовать как маленькую столешницу для рисования с детьми: такое решение сэкономит много места, а дети будут в восторге.

Арт-объект

Не хватает цвета в интерьере, но к кардинальным изменениям вы еще не готовы? Ограничьтесь покраской стула: так вы разбавите монохромную гамму интерьера и создадите настоящий арт-объект.

Перекрасить и оклеить

Обновить устаревший стол довольно просто: достаточно оклеить его съемными обоями-наклейками. При этом необязательно оклеивать весь стол – можно ограничиться ящиками и столешницей. Кстати, это не только украсит его, но и защитит от царапин и повреждений.

Винтажный эффект

Раскройте в себе художника и оклейте старый бабушкин шкаф самоклеящимися обоями с цветочным узором. Обновленный шкаф станет стильной интерпретацией ретро и больше не будет казаться громоздким.

Румынские сироты стали взрослыми

Изображение выше : Изидор Рукель возле своего дома за пределами Денвера


Обновлено в 15:22 ET 23 июня 2020 года.

Первые три года жизни Изидор прожил в больнице.

Темноглазый черноволосый мальчик, родился 20 июня 1980 года, был брошен, когда ему было несколько недель от роду. Причина была очевидна для любого, кто удосужился посмотреть: его правая нога была немного деформирована.После приступа болезни (вероятно, полиомиелита) его выбросили в море брошенных младенцев в Социалистической Республике Румыния.

Чтобы услышать больше тематических статей, загрузите приложение Audm для iPhone.

В фильмах того периода, документирующих уход за сиротами, вы видите медсестер, подобных рабочим конвейера, которые пеленают новорожденных из, казалось бы, бесконечного запаса; с мускулистыми руками и небрежным безразличием, они накидывают каждого на кусок ткани, умело завязывают узлом аккуратный пакет и втыкают его в конец ряда молчаливых обеспокоенных младенцев. Женщины не воркуют и не поют им. * Вы видите маленькие лица, пытающиеся понять, что происходит, когда их головы проносятся мимо во время маневров обертывания.

В своей больнице в горном городке Сигету-Мармацией в южных Карпатах Изидора кормили из бутылки, воткнутой в рот и подпираемой о прутья детской кроватки. Давно миновав возраст, когда дети во внешнем мире начали пробовать твердую пищу, а затем кормить себя, он и его сверстники оставались на спине, сосая из бутылочек с расширенными отверстиями, чтобы пропустить водянистую кашицу.Без надлежащего ухода или физиотерапии мышцы ног ребенка истощались. В 3 года его сочли «неполноценным» и перевели через весь город в Cămin Spital Pentru Copii Deficienţi , домашнюю больницу для безнадежных детей.

Цементная крепость не издавала звуков игры детей, хотя в одно время жили около 500 человек. Он печально стоял в стороне от мощеных улиц и сверкающей реки города, где Эли Визель родился в 1928 году и прожил счастливое детство до нацистской депортации.

Окна в палате Изидора на третьем этаже были оборудованы тюремными решетками. В детстве он часто стоял там, глядя на пустой глиняный двор, огороженный забором из колючей проволоки. Зимой Изидор сквозь голые ветки увидел другую больницу, которая стояла прямо напротив его собственной, и скрывала ее от улицы. Настоящие дети, дети в туфлях и пальто, дети, держащиеся за руки родителей, приходили и уходили из этой больницы. Никого из сотрудников Izidor's Cămin Spital не доставили, даже если они умирали, независимо от того, насколько больны.

Как и всем мальчикам и девочкам, которые жили в больнице для «невосполнимых», Изидору подавали почти несъедобную, разбавленную еду за длинными столами, где голые дети на скамейках били оловянные миски. Он вырос в переполненных комнатах, где его товарищи-сироты бесконечно раскачивались, били себя кулаками по лицу или кричали. Детям, вышедшим из-под контроля, вводили транквилизаторы для взрослых через нестерилизованные иглы, в то время как многим заболевшим переливали непроверенную кровь. Гепатит B и ВИЧ / СПИД разорили румынские детские дома.

Изидору суждено было провести в этом доме остаток детства, выйти за ворота только в 18 лет, и тогда, если он окажется полностью выведенным из строя, его перевели в дом для стариков; если бы он оказался минимально работоспособным, его бы выселили, чтобы он пошел на улицу. Были высоки шансы, что он не протянет так долго, что мальчик со сморщенной ногой умрет в детстве, истощенный, дрожащий, нелюбимый.

В минувшее Рождество исполнилось 30 лет со дня расстрела последнего коммунистического диктатора Румынии Николае Чаушеску, который правил 24 года. В 1990 году внешний мир обнаружил его сеть «детских лагерей», в которых, по оценкам, воспитывалось 170 000 брошенных младенцев, детей и подростков. Полагая, что увеличение численности населения укрепит экономику Румынии, Чаушеску сократил использование контрацептивов и абортов, ввел налоговые штрафы для бездетных и прославил женщин как «матерей-героинь», родивших 10 и более детей. Родители, которые не могли вынести еще одного ребенка, могли называть своего новорожденного ребенка «ребенок Чаушеску», как в фразе «Пусть он его вырастит».

Прочтите: Та-Нехиси Коутс о Николае Чаушеску, тиране, страдающем манией величия, друге Америки

Чаушеску приказал построить или переоборудовать сотни зданий по всей стране для размещения поколения нежелательных или недоступных детей. Знаки вывесили лозунг: государство может лучше позаботиться о вашем ребенке, чем вы.

В возрасте 3 лет брошенные дети были отсортированы.Будущие работники получат одежду, обувь, еду и немного школьного образования в Case de copii - «детских домах», в то время как «бедные» дети не получат ничего в своем Cămine Spitale . Советская дефектология рассматривала инвалидность у младенцев как врожденную и неизлечимую. Даже дети с излечимыми проблемами - возможно, с косоглазием, анемией или заячьей губой - были классифицированы как «неизлечимые».


Из нашего номера за июль / август 2020 г.

Подпишитесь на The Atlantic и поддержите 160 лет независимой журналистики

Подписаться

После румынской революции дети в ужасных условиях - скелеты, плещущиеся мочой на полу, покрытые фекалиями - были обнаружены и засняты иностранными новостными программами, в том числе телеканалом ABC 20/20 , который транслировал «Позор нации» в 1990 г.Подобно освободителям Освенцима 45 лет назад, ранние посетители учреждений всю свою жизнь преследовали то, что они видели. «Мы прилетели на вертолете по снегу в Сирет, приземлились после полуночи, при минусовой погоде, в сопровождении румынских телохранителей, несших узи», - рассказывает мне Джейн Аронсон. Педиатр и специалист по усыновлению, проживающий на Манхэттене, она была частью одной из первых педиатрических бригад, вызванных в Румынию новым правительством. «Мы заходим в черное, как смоль, морозное здание и обнаруживаем, что там прячется молодежь - она ​​крошечная, но постарше, что-то странное, вроде троллей, грязное, вонючее. Они поют что-то вроде гудения, тарабарщину. Мы открываем дверь и обнаруживаем популяцию «кретинов» - теперь это известно как синдром врожденной недостаточности йода; невылеченный гипотиреоз тормозит рост и развитие мозга. Не знаю, сколько им было лет, трех футов ростом, могло быть за двадцать. В других комнатах мы видим подростков размером 6-7 лет, без вторичных половых признаков. В клетках лежали дети с основными генетическими нарушениями. Вы начинаете почти разобщаться.

«Однажды днем ​​я вошел в медицинское учреждение в Бухаресте, и там стоял маленький ребенок и рыдал», - вспоминает Чарльз А. Нельсон III, профессор педиатрии и нейробиологии Гарвардской медицинской школы и Бостонской детской больницы. «Он был убит горем и намочил штаны. Я спросил: «Что происходит с этим ребенком?» Рабочий сказал: «Ну, его мать бросила его сегодня утром, и он был таким весь день». Никто не утешал маленького мальчика и не поднимал его.Это было мое знакомство ».

Дети в домашней больнице для безнадежных детей в Сигету-Мармацией, Румыния, в сентябре 1992 г. (Томас Салай)

Румынские сироты были не первыми детьми, которых психологи осмотрели в ХХ веке, оказавшись в крайне запущенном состоянии. Невосприимчивые сироты времен Второй мировой войны, а также дети, долгое время находившиеся в изоляции в больницах, глубоко обеспокоили таких гигантов развития детей середины века, как Рене Спиц и Джон Боулби. В эпоху борьбы с недоеданием, травмами и инфекциями трудно поверить в идею о том, что адекватно питаемые и стабильные с медицинской точки зрения дети могут истощаться из-за того, что они скучают по своим родителям.Их исследования привели к смелому тогда утверждению, особенно выдвинутому Боулби, что простое отсутствие «фигуры привязанности», родителя или опекуна, может нанести ущерб психическому и физическому здоровью на всю жизнь.

Из апрельского выпуска 1996 года: Энн Ф. Терстон описывает жизнь в китайском приюте

Нейробиологи склонны рассматривать «теорию привязанности» как наводящую на размышления и заставляющую задуматься работу в рамках «мягкой науки» психологии. Он в значительной степени опирался на тематические исследования, корреляционные данные или исследования на животных.В печально известных экспериментах психолога Гарри Харлоу по «материнской депривации» он содержал в клетке только детенышей макак-резусов, предлагая им только материнские копии, сделанные из проволоки и дерева или поролона и махровой ткани.

В 1998 году на небольшом научном собрании исследования на животных, представленные последовательно с изображениями из румынских детских домов, изменили курс изучения привязанности. Сначала профессор неонатальной педиатрии Миннесотского университета Дана Джонсон поделился фотографиями и видео, которые он собрал в Румынии, в комнатах, кишащих детьми, которые придерживаются «двигательных стереотипов»: раскачиваются, бьют головой, кричат.За ним последовал докладчик, который показал видеозаписи ее работы с младенцами-приматами, оставшимися без матери, подобных тем, что произвел Харлоу, - покачивающимся, кружащимся, самокалывающимся. Публика была шокирована параллелями. «Мы все плакали», - сказал мне Нельсон.

Через десять лет после падения Чаушеску новое румынское правительство приветствовало западных экспертов по развитию детей, которые одновременно помогли и изучили десятки тысяч детей, все еще находящихся на хранении у государства. Исследователи надеялись ответить на некоторые давние вопросы: бывают ли чувствительные периоды в нервном развитии, после которых мозг обездоленного ребенка не может в полной мере использовать предложенную позже умственную, эмоциональную и физическую стимуляцию? Можно ли задокументировать последствия «материнской депривации» или «отсутствия опекуна» с помощью современных методов нейровизуализации? Наконец, если ребенка из интерната переводят в семью, сможет ли он или она восполнить неразвитые способности? Неявно, остро: может ли нелюбимый в детстве человек научиться любить?

События Tract расходятся из аэропорта Денвера, как игральные карты на столе.Великие равнины здесь практически стерты до нуля, из-за ветра, грязи и мусора на обочине шоссе, до Уолгринса, Арби и Автозоны. В арендованном автомобиле я медленно объезжаю полукруги и тупики района Изидора, пока не вижу, как он выходит из тени Макмансиона площадью 4500 квадратных футов с вежливой полуволновой. Он сдает здесь комнату в субаренду, как и другие, в том числе некоторые семьи - загородный поселок в особняке, построенном для Голиафов. В свои 39 лет Изидор - элегантный жилистый мужчина с печальными глазами.Его манера поведения настороженная и неуверенная. Генеральный менеджер KFC, он работает от 60 до 65 часов в неделю.

Прочтите: Унизительные, бесчеловечные условия в американских детских центрах содержания под стражей

«Добро пожаловать в Румынию», - объявляет он, открывая дверь своей спальни. Это вход в другое время, в другое место. Из каждого визита в свою страну Изидор привозил с собой предметы народного искусства и сувениры - расписанные вручную глазурованные тарелки и чайные чашки, вышитые кухонные полотенца, румынские флаги, рюмки, деревянные фигурки, хрустальные фляги сливового бренди и компакт-диски с румынским языком. народная музыка, тяжелая на скрипках.Он мог бы запастись сувенирным магазином. Толстые ковры винного цвета, одеяла и гобелены. Окружающий свет темно-бордовый, шторы закрыты от солнечного света с большой высоты. В десяти милях к юго-западу от аэропорта Денвера Изидор живет в эрзац-румынском коттедже.

«Все в Марамуреше живут так», - говорит он мне, имея в виду культурный регион на севере Румынии, где он родился.

Я думаю, А они?

«Вы увидите, что у многих людей есть эти вещи в своих домах», - поясняет он.

Звучит точнее. Людям нравятся безделушки. «Во время визита вы говорите как румын?» Я спрашиваю.

«Нет, - говорит он. «Когда я начинаю говорить, они спрашивают:« Откуда вы? »Я говорю им:« Из Марамуреша! »» Никто ему не верит из-за его акцента, поэтому ему приходится объяснять: «Технически, если вы хотите будьте логичны, я румын, но живу в Америке более 20 лет ».

«Когда вы знакомитесь с новыми людьми, вы рассказываете о своей истории?»

«Нет, стараюсь не делать этого. Я хочу воспринимать Румынию как нормального человека. Я не хочу, чтобы меня везде называли «сиротой».

Чтобы подбодрить Изидора после избиения, Ониса пообещала, что когда-нибудь заберет его с собой домой на ночь.

Его точный английский делает даже случайные фразы формальными. В своей комнате Изидор запечатлел румынскую народную эстетику, но что-то еще шевелится под поверхностью. Мне вспоминается книга, которую он самостоятельно опубликовал в 22 года, под названием « Заброшенные на всю жизнь» .Это мрачная история, но однажды, когда ему было около 8 лет, у Изидора был счастливый день.

В больнице начала работать добрая няня. «Ониса была молодой девушкой, немного пухленькой, с длинными черными волосами и круглыми румяными щеками», - пишет Изидор в своих мемуарах. «Она любила петь и часто учила нас некоторым из ее произведений». Однажды Ониса вмешалась, когда другая няня ударила Изидора метлой. Как и некоторые другие до нее, Ониса заметил его интеллект. В палате полуамбулаторных (некоторые ползали или ползали), слегка вербальных (некоторые просто шуметь) детей, Изидор помогал взрослым, если у них возникали вопросы, например, как его зовут или когда тот умер. Режиссер изредка заглядывал и спрашивал Изидора, не бьют ли его и других детей; Чтобы избежать возмездия, Изидор всегда говорил «нет».

Энни Лоури: Как Америка обращается со своими детьми

В тот день, чтобы подбодрить его после избиения, Ониса пообещала, что когда-нибудь заберет его с собой домой на ночь. Скептически настроенный по поводу того, что такое необычное событие когда-либо произойдет, Изидор поблагодарил ее за прекрасную идею.

Несколько недель спустя, в снежный зимний день, Ониса одела Изидора в теплую одежду и обувь, которые она привезла из дома, взяла его за руку и вывела через парадную дверь через ворота детского дома.Медленно шагая, она повела маленького мальчика, который, раскачиваясь на неровных ногах, глубоко хромал, по переулку мимо государственной больницы в город. Холодный свежий воздух ласкал его щеки, а снег скрипел под ботинками; ветер тряс ветки; на дымоходе стояла птица. «Это был мой первый выход в свет», - говорит он мне сейчас. Он с удивлением смотрел на машины, дома и магазины. Он пытался все усвоить и запомнить, чтобы доложить детям в своей палате.

«Когда я вошел в квартиру Онисы, - пишет он, - я не мог поверить, насколько она прекрасна; стены были покрыты темными коврами, и на одном из них было изображение Тайной вечери.Ковры на полу были красными ». Соседские дети постучали в дверь Онисы, чтобы узнать, не хочет ли странный мальчик из приюта выйти и поиграть, и он это сделал. Дети Онисы приехали из школы домой, и Изидор узнал, что это начало их рождественских каникул. В тот вечер он пировал вместе с семьей Онисы за обеденным столом их друзей, впервые попробовав румынские деликатесы, в том числе сармале (голубцы), картофельный гуляш с толстой лапшой и сладкий желтый бисквит с кремовой начинкой.Он помнит каждый укус. На полу в гостиной после обеда домочадец позволил Изидору поиграть со своими игрушками. Изидор последовал примеру мальчика и водил по ковру паровозики. Вернувшись к Онисе, он спал в своей первой в мире мягкой, чистой постели.

На следующее утро Ониса спросил Изидора, хочет ли он пойти с ней на работу или остаться с ее детьми. Здесь он совершил такую ​​ужасную ошибку, что 31 год спустя до сих пор вспоминает об этом с грустью.

«Я хочу поработать с вами!» он звонил.Он был глубоко погружен в фантазию о том, что Ониса его мать, и не хотел расставаться с ней. «Я оделся так быстро, как только мог, и мы направились к двери», - вспоминает он. «Когда мы подошли к ее работе, я понял, что она работает в больнице, , моя больница , и заплакал… Прошло всего 24 часа, но почему-то я почему-то думал, что теперь стану частью семьи Онисы. Мне и в голову не приходило, что ее работа на самом деле была в больнице, пока мы снова не оказались у ворот. Я был так потрясен, когда мы свернули во двор, словно забыл, что пришел оттуда.

Он попытался повернуть назад, но ему не разрешили. Он нашел самое прекрасное место на Земле - квартиру Онисы - и по собственной глупости позволил ей ускользнуть. Он рыдал, как новичок, пока другие няни не стали угрожать ему пощечиной.

Сегодня Изидор живет в 6000 милях от Румынии. Он ведет уединенный образ жизни. Но в своей спальне в частном доме в мощеной прерии он воссоздал обстановку самой счастливой ночи своего детства.

«В ту ночь у Онисы, - спрашиваю я, - вы думаете, вы чувствовали, что там происходили семейные отношения и эмоции, которых вы никогда раньше не видели и не чувствовали?»

«Нет, я был слишком молод, чтобы это понять."

" Но вы обратили внимание на красивую мебель? "

«Да! Ты видишь это?" - говорит Изидор, беря в руки гобелен, сотканный из бордовых роз на темном, покрытом листвой фоне. «Это почти то же самое, что и у Онисы. Я купил его в Румынии по этой причине! »

«Все это…» - жестикулирую я.

«Да».

«Но не потому, что они значат для вас« семья »?»

«Нет, но они означают для меня« мир ». Я впервые спал в настоящем доме. Я много лет думал: «» Почему у меня не может быть такого дома?

Вот он и есть.Но он знает, что есть недостающие части - независимо от того, сколько рюмок он соберет.

В начале 1990-х Дэнни и Марли Рукел жили со своими тремя маленькими дочерьми в квартире в Сан-Диего. Они подумали, что было бы неплохо добавить сюда еще и мальчика, и услышали о местном независимом режиссере Джоне Аптоне, который организовывал усыновление румынских сирот. Марли позвонила ему и сказала, что они хотят усыновить мальчика. «Там тысячи детей», - ответил Аптон. «Это будет легко».

Марли смеется.«Немногое из этого было точным!» она мне говорит. Мы сидим в гостиной дома с белой штукатуркой в ​​винодельческом городке Темекула в Южной Калифорнии. Дети и собаки появляются и исчезают в этот ослепительно жаркий день (за последние годы Ракели усыновили пятерых детей из приемных семей). Марли, которая сейчас работает наставником для взрослых с особыми потребностями, похожа на героиню Дайан Китон, которая робко отступает за большие очки и выпадает из длинных волос, но иногда делает смелые выпады. Дэнни, программист, спокойный парень.Марлис описывает себя как домоседку, но затем она переехала в Румынию на два месяца, чтобы попытаться усыновить мальчика, которого она видела на видео.


Связанные истории

Отвергнутый «Позором нации», Аптон вылетел в Румынию через четыре дня после трансляции и направился в худшее место сериала - Домашнюю больницу для безнадежных детей в Сигету-Мармацией.Он возвращался несколько раз. Во время одного визита он собрал группу детей в пустой комнате, чтобы снять их на видео для будущих приемных родителей. В его видео дети будут собраны вместе не обнаженными, «как маленькие рептилии в аквариуме», как он их описал, а как людей, одетых в одежду и говорящих.

К тому времени начали поступать пожертвования от благотворительных организаций по всему миру. Мало что дошло до детей, потому что сотрудники просмотрели самые лучшие вещи, но в тот день, из уважения к американцам, няни надели детям подаренные свитера.Хотя дети казались взволнованными, чтобы оказаться в центре внимания, Аптон и его румынский помощник сочли это медленным. Некоторые вообще не говорили, а другие не могли ни встать, ни стоять на месте. Когда создатели фильма спросили имена и возраст детей, няни пожали плечами.

В конце деревянной скамейки сидел мальчик ростом с 6-летнего ребенка - в 10 лет Изидор весил около 50 фунтов. Аптон был первым американцем, которого он когда-либо видел. Об американцах Изидор знал из телешоу Dallas .Однажды прибыл подаренный телевизор, и он лоббировал эту единственную вещь, чтобы остаться в больнице. Директор согласился. Воскресным вечером в 8 часов амбулаторные дети, няни и работники с других этажей собирались, чтобы вместе посмотреть Dallas . Когда в тот день по лестнице поползли слухи о прибытии американца, внутри приюта отреагировали: « Всемогущий Бог», кто-то из страны гигантских домов!

Изидор знал информацию, которую не знали няни.Он говорит мне: «Джон Аптон спрашивал ребенка:« Сколько тебе лет? », И ребенок отвечал:« Я не знаю », а няня отвечала:« Я не знаю », и я кричал: «Ему 14!» Он спрашивал о другом ребенке: «Как его фамилия?», а я кричал: «Думка!» »

« Изидор знает здесь детей лучше, чем персонал », Аптон ворчит на одной из лент. Прежде чем завершить сеанс, он кладет Изидора себе на колени и спрашивает, не хочет ли он поехать в Америку. Изидор говорит, что будет.

Вернувшись в Сан-Диего, Аптон рассказал Ракелам об одаренном мальчике лет семи, который надеялся приехать в Соединенные Штаты.«Мы хотели усыновить ребенка, - говорит Марлис. «Потом мы посмотрели видео Джона и влюбились в Изидора».

Изидор перед своим детским домом в июне 1991 года, за четыре месяца до того, как Рукелы усыновили его и привезли в Соединенные Штаты; 11-летний Изидор впервые встречает Марлис Рукель в Румынии с одним из сотрудников детского дома. (Мэрилс Рукель)

В мае 1991 года Марлис вылетела в Румынию, чтобы встретиться с ребенком и попытаться вернуть его домой. Незадолго до поездки она узнала, что Изидору почти 11 лет, но не испугалась.Она путешествовала с новой подругой, Дебби Принсипи, которой также подобрал ребенка Аптон. В кабинете директора Марлис ждала встречи с Изидором, а Дебби ждала встречи с маленьким светловолосым телеграфом по имени Сиприан.

«Когда вошел Изидор, - говорит Марлис, - я видела только его, как и все остальное нечеткое. Он был таким красивым, как я себе представляла. Наш переводчик спросил его, кто из посетителей офиса, как он надеется, будет его новой матерью, и указал на меня! »

Изидор задал переводчику вопрос: «Где я буду жить? Это как Dallas ? "

«Ну… нет, мы живем в кондоминиуме, как в квартире», - сказал Марлис.«Но у тебя будет три сестры. Вы их полюбите ».

Это не показалось Изидору интересным компромиссом. Он сухо ответил переводчику: «Посмотрим».

В ту ночь Марли радовалась тому, что такое ангел Изидор.

Дебби засмеялась. «Он произвел на меня впечатление крутого оператора, сообразительного политика, - сказала она Марлис. «Он был гораздо лучше Чиппи». Сиприан провела время в офисе, лихорадочно копаясь во всем, включая ящики стола и карманы всех присутствующих в комнате.

«Нет, он невиновен. Он восхитителен, - сказала Марлис. «Вы видели, как он выбрал меня, , в качестве своей матери?»

Спустя годы, в своих мемуарах Изидор объяснил этот момент:

Марли была высокой американкой, а Дебби была низкой американкой… «Роксана, какая из них будет моей новой мамой?» - спросил я [переводчика].
«Кого из них вы хотите сделать своей мамой?»
«Кто моя мать?» Я умолял знать.
«Высокий американец», - ответила она.
«Тогда это то, кого я хочу видеть своей матерью», - сказал я.
Когда я выбрал Марли, она заплакала от радости, что я выбрал ее.

Детский нейробиолог Чарльз Нельсон известен своей общительностью и добротой, с волнистыми седеющими светлыми волосами и такими же усами, как у Капитана Кенгуру. Осенью 2000 года он вместе со своими коллегами Натаном А. Фоксом, профессором по вопросам человеческого развития в Университете Мэриленда, и Чарльзом Х. Зеанахом, профессором детской психиатрии Медицинского факультета Тулейнского университета, основал Бухарестский Проект раннего вмешательства.У них было разрешение работать со 136 детьми в возрасте от шести месяцев до 2,5 лет из шести детских учреждений Бухареста leagãne . Ни одна из них не была домашней больницей для безвозвратных детей, как Изидор; они были несколько лучше снабжены и укомплектованы.

Планируется, что 68 детей будут продолжать получать «обычную заботу», а остальные 68 будут размещены в приемных семьях, набранных и обученных BEIP. (В Румынии не было традиций приемных семей; официальные лица считали детские дома более безопасными для детей.) Местные ребята, родители которых вызвались участвовать, составили третью группу. Исследование BEIP станет первым в истории рандомизированным контролируемым испытанием для измерения влияния раннего помещения в специализированные учреждения на мозг и поведенческое развитие, а также для изучения высококачественной патронатной семьи в качестве альтернативы.

Для начала исследователи использовали классическую процедуру Мэри Эйнсворт «странная ситуация», чтобы оценить качество отношений привязанности между детьми и их опекунами или родителями.В типичной обстановке ребенок в возрасте от 9 до 18 месяцев входит в незнакомую игровую комнату со своей «фигурой привязанности» и переживает некоторые все более тревожные события, в том числе появление незнакомца и уход взрослого, как исследователи кодируют поведение из-за одностороннего зеркала. «Наши программисты, не подозревая ни о каком детском происхождении, оценили, что 100 процентов детей из общины имеют полностью сформировавшиеся отношения привязанности со своими матерями», - сказала мне Зина. «Это было верно в отношении 3 процентов детей из детских домов.

Почти две трети детей были закодированы как «неорганизованные», что означает, что они демонстрировали противоречивое, резкое поведение, возможно, замирание на месте или внезапное изменение направления движения после того, как начали приближаться к взрослому. Этот паттерн наиболее тесно связан с более поздней психопатологией. Еще больше беспокоит, сказал мне Зеана, что 13 процентов были признаны «несекретными», что означает, что у них вообще не было привязанности. «Эйнсворт и Джон Боулби считали, что младенцы будут привязаться к взрослому, даже если взрослый будет оскорблять его», - сказал он.«Они не рассматривали возможность рождения детей без приспособлений ».

До Бухарестского проекта, сказал Зеана, он не осознавал, что поиск утешения в стрессовых ситуациях - это усвоенное поведение. «Эти дети понятия не имели, что взрослые могут помочь им почувствовать себя лучше», - сказал он мне. «Представьте, каково это - быть несчастным и даже не знать, что другой человек может помочь».

В октябре 1991 года Изидор и Киприан вылетели с румынским эскортом в Сан-Диего. Новые семьи мальчиков ждали в аэропорту, чтобы поприветствовать их вместе с Аптоном и ранее усыновленными румынскими детьми - небольшая толпа, держащая воздушные шары и знаки, приветствующие и машущие рукой.Изидор с удовлетворением оглядел терминал. «Где моя спальня?» он спросил. Когда Марлис сказал ему, что они в аэропорту, а не в его новом доме, Изидор был поражен. Хотя она объяснила, что Ракелы жили не так, как Эвинги в Даллас , он ей не поверил. Теперь он ошибочно принял зону прибытия за свою новую гостиную.

17-летняя девочка из детского дома, Изабела, была членом комитета по встрече в аэропорту. Она родилась с гидроцефалией и не могла ходить после того, как всю жизнь оставалась в детской кроватке, она была в инвалидном кресле, хорошо одетая и красивая. Аптон спасла ее в предыдущей поездке, она была госпитализирована в США по гуманитарным медицинским причинам, и ее взяли на воспитание Ракелы.

Изидор был поражен, увидев Изабелу: «Кто твоя мать?»

«Моя мама - твоя мама, Изидор».

«Мне не понравилось это, - вспоминает он. Чтобы убедиться, что он правильно расслышал, он снова спросил: «Кто ваша мать здесь, в Америке?»

«Изидор, у нас с тобой одна мать, - сказала она, указывая на Марлис.

Итак, теперь ему пришлось привыкнуть к четырем сестрам.

В машине, когда Дэнни попытался пристегнуть ремень безопасности на талии Изидора, он вздрогнул и кричал, опасаясь, что на него смирительная рубашка.

Дэнни Ракель и Изидор направляются домой после прибытия мальчика в Калифорнию; Изидор фотографирует Марлис в аэропорту. (Томас Салай)

Марли обучал девочек на дому, но Изидор настоял на том, чтобы пойти в четвертый класс местной школы, где он быстро выучил английский язык. Его хитрое умение читать по комнате помогало ему учителям, но дома он казался постоянно раздраженным. Внезапно оскорбленный, он бросился в свою комнату и рвал вещи на части. «Он измельчил книги, плакаты, семейные фотографии, - рассказывает мне Марли, - а затем встал на балкон, чтобы разбросать кусочки во дворе. Если бы мне пришлось уехать на час, к тому времени, как я вернулся домой, все были бы расстроены: «Он сделал это; он сделал это ». Ему не нравились девушки».

Марли и Дэнни надеялись расширить семейное веселье и счастье за ​​счет рождения еще одного ребенка. Но новый член семьи почти никогда не смеялся. Он не хотел, чтобы его трогали.Он был бдителен, обижен, горд. «Примерно к 14 годам он был зол на все, - рассказывает она мне. «Он решил, что вырастет и станет президентом США. Когда он узнал, что это невозможно из-за его иностранного происхождения, он сказал: «Хорошо, я вернусь в Румынию». Вот когда это началось - его цель - вернуться в Румынию. Мы подумали, что для него было хорошо иметь цель, поэтому мы сказали: «Конечно, найди работу, сэкономь деньги, а когда тебе 18, ты сможешь вернуться в Румынию» ». Изидор работал каждый день после школа в ресторане быстрого питания.

«Это были тяжелые годы. Я ходил по яичной скорлупе, стараясь не спровоцировать его. Девочки были так над этим. Они злились на меня. Не для того, чтобы привести Изидора в семью, а за то, что он был таким ... таким выпоротым. Они говорили: «Мама, все, что ты делаешь, это пытаешься его исправить!» Я был так сосредоточен на том, чтобы помочь ему приспособиться, что упустил из виду тот факт, что другие дети тратили часть моего времени.

«Дэнни и я пытались отвести его на терапию, но он отказался вернуться. Он сказал: «Мне не нужна терапия.Вам двоим нужна терапия. Почему бы тебе не пойти? »Мы и пошли.

«Он сказал бы:« Я в порядке, , когда никого нет в доме ».

« Мы бы сказали: «Но Изидор, это наш дом » »

Еще в 2003 году он Ученым BEIP и их румынским партнерам по исследованиям было очевидно, что приемные дети добиваются успехов. По словам Зиины, данные были очень чувствительным периодом в 24 месяца, в течение которого для ребенка было крайне важно установить отношения привязанности с опекуном. Дети, которых забрали из детских домов до достижения ими второго дня рождения, получали гораздо больше пользы от семейного отдыха, чем те, кто оставался там дольше. «Когда вы проводите испытание и ваши предварительные доказательства показывают, что вмешательство является эффективным, вы должны спросить:« Мы остановимся сейчас и сделаем препарат доступным для всех? »- сказал он мне. «Для нас« эффективным лекарством »оказалась патронатная семья, и мы не смогли создать национальную систему патронатного воспитания». Вместо этого исследователи публично объявили о своих результатах, и в следующем году румынское правительство запретило помещать в учреждения детей в возрасте до 2 лет.С тех пор минимальный возраст был повышен до 7 лет, а количество детей, финансируемых государством, значительно расширилось.

Тем временем исследование продолжалось. Когда в возрасте 3,5 лет дети были повторно оценены в игровой комнате «странной ситуации», доля тех, кто демонстрировала надежную привязанность, выросла с базовых 3 процентов до почти 50 процентов среди детей, воспитываемых приемными семьями, но только до 18 процентов среди тех, кто оставался в учреждениях. … И, опять же, дети переехали еще до второго дня рождения.«Время имеет решающее значение», - писали исследователи. Они предупреждали, что пластичность мозга не является «неограниченной». «Раньше - лучше».

Преимущества для детей, которые достигли надежной привязанности, со временем накапливались. В возрасте 4,5 лет у них значительно ниже уровень депрессии и тревожности и меньше «черствых бесчувственных черт» (ограниченное сочувствие, отсутствие чувства вины, неглубокий аффект), чем у их сверстников, все еще находящихся в учреждениях. Около 40 процентов опрошенных подростков, которые когда-либо были в детских домах, в конечном итоге были диагностированы с серьезным психическим заболеванием.Их рост замедлился, моторные навыки и языковое развитие остановились. МРТ-исследования показали, что объем мозга детей, все еще находящихся в учреждениях, был ниже, чем у детей, никогда не помещенных в учреждения, а ЭЭГ показывала значительно меньшую активность мозга. «Если вы думаете о мозге как о лампочке, - сказал Чарльз Нельсон, - это как если бы был диммер, который уменьшил их со 100-ваттной до 30-ваттной».

Согласно теории эволюции, одна из целей привязанности ребенка к небольшому числу взрослых - это наиболее эффективный способ получить помощь.«Если бы было много фигур привязанности и возникла опасность, младенец не знал бы, кому направить сигнал», - объясняет Марта Потт, старший преподаватель кафедры детского развития в Tufts. Беспристрастные дети видят угрозы повсюду - идея, подтвержденная исследованиями мозга. Наполненная гормонами стресса, такими как кортизол и адреналин, миндалевидное тело - основная часть мозга, имеющая дело со страхом и эмоциями - казалось, работала сверхурочно у детей, все еще находящихся в учреждениях.

Сравнение данных по детским домам по всему миру показывает глубокое влияние институционализации на социально-эмоциональное развитие даже в лучших случаях.«В английских детских садах 1960-х годов было достаточное количество воспитателей, и дети были хорошо обеспечены материально. Их IQ, хотя и ниже, чем у детей в семьях, был в пределах среднего диапазона, выше 90-х », - сказала мне Зина. «Совсем недавно соотношение воспитателей и детей в греческих детских домах было не таким хорошим, и они не были так хорошо оснащены; эти дети имели IQ в диапазоне от низкого до среднего. Затем, в Румынии, у вас есть наши дети с действительно дефицитом в высшей лиге.Но вот что примечательно: во всех этих настройках нарушения привязанности схожи ».

Когда детям, участвовавшим в бухарестском исследовании, было 8 лет, исследователи устраивали игровые встречи, надеясь узнать, как ранние нарушения привязанности могут препятствовать способности ребенка в дальнейшем взаимодействовать со сверстниками. В видео, которое я смотрел, два незнакомых мальчика входят в игровую. В считанные секунды все сходит с рельсов. Один мальчик, одетый в белую водолазку, нетерпеливо хватает другого за руку и грызет ее.Этот мальчик в полосатом пуловере отдергивает руку и проверяет, нет ли следов зубов. Исследователь предлагает игрушку, но мальчик в белом пытается взять другого ребенка за руки, или схватить его за запястья, или обнять, как если бы он пытался нести гигантского плюшевого мишку. Он пытается перевернуть стол. Другой мальчик делает слабую попытку спасти стол, но затем позволяет ему упасть. Он странный , можете представить, он думает. Могу я пойти домой?

Мальчик в белой водолазке жил в приюте; мальчик в полосатом свитере был соседским парнем.

Нельсон предупреждает, что дверь не «захлопывается» для детей, оставленных в учреждениях старше 24 месяцев. «Но чем дольше вы ждете, чтобы дети попали в семью, - говорит он, - тем труднее вернуть их в нормальное состояние».

«Каждый раз, когда мы влезали в очередную драку, - вспоминает Изидор, - я хотел, чтобы один из них сказал:« Изидор, мы хотим, чтобы мы никогда не усыновляли тебя, и мы собираемся отправить тебя обратно в больницу ». Но они этого не сделали. не говорю этого. "

Не в силах справиться с привязанностью своей семьи, он просто хотел знать, где он находится.В приюте было проще, где тебя либо били, либо нет. «Я лучше реагировал на шлепки», - говорит мне Изидор. «В Америке у них были« правила »и« последствия ». Так много разговоров. Я ненавидел «Давай поговорим об этом». В детстве я никогда не слышал таких слов, как «Ты особенный» или «Ты наш ребенок». Позже, если твои приемные родители скажут тебе такие слова, ты почувствуешь, что Ладно, спасибо. Я даже не понимаю, о чем вы говорите. Я не знаю, чего вы от меня хотите или что я должен для вас сделать .«Когда Изидора изгоняли в свою комнату за грубость, проклятия или грубость по отношению к девушкам, он топал по лестнице и включал румынскую музыку или стучал в дверь изнутри кулаком или туфлей.

Марли винила себя. «Он сказал, что хочет вернуться к своей первой матери, женщине, которая даже не хотела его, женщине, которую он не помнил. Когда я отвел его в банк, чтобы открыть его сберегательный счет, служащий банка, заполнив форму, спросил Изидора: «Какая девичья фамилия у вашей матери?» Я открыл рот, чтобы ответить, но он сразу сказал: «Мария.'Это имя его биологической матери. Я знаю, наверное, глупо было обидеться из-за этого.

Однажды ночью, когда Изидору было 16 лет, Марлис и Дэнни настолько испугались всплеска Изидора, что вызвали полицию. "Я собираюсь убить тебя!" он кричал на них. После того, как офицер сопроводил Изидора к милицейской машине, он настаивал на том, что родители «оскорбляли» его.

«О, ради Бога», - сказал Дэнни, когда ему сообщили об обвинении своего сына.

«Отлично, - сказал Марлис. «Он случайно упомянул , как мы его оскорбляем?»

Вернувшись в машину, офицер спросил: «Как родители тебя оскорбляют?»

«Я работаю, и они забирают все мои деньги», - крикнул Изидор.В доме офицер обыскал комнату Изидора и нашел его сберегательную книжку.

«Мы не можем взять его», - сказал офицер Рукелс. «Он зол, но здесь все в порядке. Я предлагаю тебе сегодня закрыть двери спальни.

И снова им пришла в голову мысль: Но это наш дом.

На следующее утро Марлис и Дэнни предложили Изидору подвезти его в школу, а затем отвезли его прямо в психиатрическую больницу. «Мы не могли себе этого позволить, но мы отправились на экскурсию, и это напугало его», - говорит мне Марлис. «Он сказал:« Не оставляй меня здесь! Я буду следовать твоим правилам. Не заставляй меня идти сюда! »Вернувшись в машину, мы сказали:« Слушай, Изидор, тебе не нужно нас любить, но ты, , должен быть в безопасности, а мы, , должны быть в безопасности. Вы можете жить дома, работать и ходить в школу, пока вам не исполнится 18 лет. Мы вас любим ». Но, знаете ли, с ним не работали глупые вещи».

Жизнь по правилам длилась недолго. Однажды Изидор не выходил до двух часов ночи и обнаружил, что дом заперт. Он постучал в дверь. Марлис приоткрыла его.«Ваши вещи в гараже», - сказала она ему.

Изидор больше никогда не будет жить дома. Он переехал к некоторым знакомым парням; их безразличие его устраивало. «Он напивался посреди ночи и звонил нам, а его друзья вставали на линию, чтобы сказать вульгарные вещи о наших дочерях», - говорит Марли. «По общему признанию, в нашем доме наконец-то стало мирно, но я беспокоился за него».

В 18-летие Изидора Марли испек торт и упаковал свой подарок - фотоальбом, в котором запечатлена их совместная жизнь: его первый день в Америке, его первое посещение стоматолога, его первая работа, его первое бритье. Она отнесла подарки в дом, где, как она слышала, остановился ее сын. Открывший дверь согласился их доставить, когда Изидор вернется. «Посреди ночи, - говорит Марли, - мы услышали визг машины вокруг тупика, затем громкий стук в входную дверь и машину с визгом. Я спустился и открыл дверь. Это был фотоальбом ».

Родители Изидора, Марлис и Дэнни Рукел, у своего дома в Темекуле, Калифорния (Райан Пфлюгер)

В 2001 году, в 20 лет, Изидор почувствовал сильное желание вернуться в Румынию.Не имея наличных денег, он писал письма в телешоу, рассказывая эксклюзивную историю румынского сироты, совершающего свою первую поездку в свою родную страну. 20/20 поднял его, и 25 марта 2001 года съемочная группа встретила его в аэропорту Лос-Анджелеса. Так же поступили и Рукелы.

«Я подумал, Вот и все. Я больше никогда его не увижу, , - говорит Марлис. «Я обняла и поцеловала его, хотел он меня или нет. Я сказал ему: «Ты всегда будешь нашим сыном, и мы всегда будем любить тебя».

Изидор показал Рукелам свой бумажник, в котором он засунул две семейные фотографии. «Если я все же решу остаться там, мне будет чем запомнить вас», - сказал он. Хотя он имел это в виду доброжелательно, Марлис охладила легкость, с которой Изидор, казалось, покидал их жизнь.

Из сентябрьского выпуска 1998 года: Роберт Д. Каплан о Румынии, точке опоры Европы

В Румынии продюсеры 20/20 пригласили Изидора в его старый приют, где его чествовали как вернувшегося принца, а затем Они показали на камеру, что нашли его родную семью за пределами фермерской деревни в трех часах езды.Они проехали по заснеженному ландшафту и остановились в поле. Однокомнатная хижина стояла на безлесном грязном пространстве. В белой застежке на пуговицах, галстуке и классических брюках Изидор хромал по мокрой неровной земле. Его трясло. Из хижины вышел узколицый мужчина и направился к нему через поле. Как ни странно, они прошли друг мимо друга, как два незнакомца на тротуаре. « Ce mai faci? »- Как дела? - пробормотал мужчина, проходя мимо.

« Булочка », - пробормотал Изидор.Хороший.

Это отец Изидора, в честь которого его назвали. Две молодые женщины поспешили из хижины и поприветствовали Изидора поцелуями в каждую щеку; это были его сестры. Наконец невысокая черноволосая женщина, которой еще не исполнилось 50 лет, представилась Марией - его матерью - и протянула руку, чтобы обнять его. Внезапно рассердившись, Изидор свернул мимо нее. Как мне поприветствовать едва знакомого человека? «», - подумал он. Она скрестила руки на груди и начала вопить: « Fiul meu! Fiul meu! «Мой сын! Мой сын!

В доме был земляной пол, и тускло светилась масляная лампа.Не было ни электричества, ни водопровода. Семья предложила Изидору лучшее место в доме - табурет. «Почему меня вообще положили в больницу?» он спросил.

«Вам было шесть недель, когда вы заболели, - сказала Мария. «Мы отвезли вас к врачу, чтобы узнать, что случилось. Несколько недель спустя ваши бабушка и дедушка проверяли вас, но потом что-то не так с вашей правой ногой. Мы просили врача починить ногу, но нам никто не помог. Итак, мы отвезли вас в больницу в Сигету-Мармацией, и там мы вас оставили.»

« Почему меня никто не навещал 11 лет? Я застрял там, и никто никогда не говорил мне, что у меня есть родители ».

«Ваш отец был без работы. Я заботился о других детях. Мы не могли позволить себе приехать к вам ».

«Знаете ли вы, что жить в Cămin Spital было похоже на жизнь в аду?»

«Мое сердце!» - воскликнула Мария. «Вы должны понимать, что мы бедные люди; мы переезжали с одного места на другое ».

Взволнованный, почти не в силах отдышаться, Изидор встал и вышел на улицу.Его румынская семья предложила ему посмотреть несколько фотографий его старших братьев и сестер, которые ушли из дома, и он подарил им свой фотоальбом: Вот залитый солнцем улыбающийся Изидор у бассейна с медалями соревнований по плаванию; вот были Ракелы на пляже в Оушенсайд; вот они за столом для пикника в зеленом парке. Румыны безмолвно переворачивали блестящие страницы. Когда телекамеры были выключены, говорит мне Изидор, Мария спросила, ранили ли его Рукеллы или научили просить милостыню.Он заверил ее, что это не так.

«Ты выглядишь худой, - продолжила Мария. «Может быть, твоя американская мать недостаточно тебя кормит. Переезжай к нам. Я позабочусь о тебе." Затем она потребовала от него подробностей о его работе и заработной плате в Америке и спросила, не хочет ли он построить для семьи новый дом. Через три часа Изидор устал и хотел уйти. «Он позвонил мне из Бухареста, - говорит Марли, - и сказал:« Я должен вернуться домой. Вытащи меня отсюда. Эти люди ужасны ».

« Моя биологическая семья напугала меня, особенно Мария, - говорит Изидор.«У меня было ощущение, что я могу попасть туда».

Через несколько недель он вернулся в Темекула, работая в ресторане быстрого питания. Но внезапно он обнаружил, что снова тоскует по Румынии. Это стало бы образцом, беспокойным переездом в поисках места, которое было бы похоже на дом.

Друзья сказали ему, что в Денвере есть работа, поэтому он решил переехать в Колорадо. Дэнни и Марлис навещают его там и вместе с ним путешествуют по Румынии. По словам Марли, ему труднее вернуться домой в Калифорнию.«День Благодарения, Рождество - они для него слишком много. Даже когда он жил поблизости один, ему было плохо на каникулах. Он всегда оправдывался, например: «Я должен приготовить тесто для пиццы». Когда вся наша семья здесь и кто-то спрашивает: «Придет ли Изидор?», Кто-то скажет: «Нет, он делает тесто для пиццы» ».

Нейропсихолог Рон Федеричи был еще одним из первых экспертов по развитию детей, которые посетили учреждения для «не подлежащих спасению», и он стал одним из ведущих специалистов в мире по уходу за детьми, перешедшими из интернатов в западные дома.«В первые годы у всех были звездные глаза, - говорит Федеричи. «Они думали, что любящие, заботливые семьи могут исцелить этих детей. Я предупреждал их: эти дети доведут вас до предела. Научитесь работать с детьми с особыми потребностями. Держите их спальни свободными и простыми. Вместо «Я люблю тебя» просто скажи им: «Ты в безопасности». Но большинство новых или потенциальных родителей не могли вынести этого, а агентства по усыновлению, открывшие магазины в Румынии за одну ночь, не были в этом бизнесе доставки таких ужасных сообщений.«Я получил много писем с ненавистью», - говорит Федеричи, который говорит быстро и прямолинейно, с длинным лицом и тенью блестящих черных волос. «Тебе холодно! Им нужна любовь! Их нужно обнять ». Но бывший морской пехотинец, которого когда-то широко обвиняли в слишком пессимистическом отношении к будущему детей, теперь считается дальновидным.

Федеричи и его жена сами усыновили восемь детей из жестоких учреждений: трое из России и пятеро из Румынии, включая троих братьев в возрасте 8, 10 и 12 лет. Двое старших весили 30 фунтов каждый и умирали от нелеченной гемофилии и гепатит С, когда он вынес их через парадную дверь приюта; Супругам понадобилось два года, чтобы найти младшего брата мальчиков в другом учреждении.С тех пор в своей клинической практике в Северной Вирджинии Федеричи посетил 9000 молодых людей, почти треть из них - из Румынии. Прослеживая своих пациентов на протяжении десятилетий, он обнаружил, что 25% нуждаются в круглосуточном уходе, еще 55% имеют «серьезные» проблемы, с которыми можно справиться с помощью служб поддержки взрослых, и около 20% могут жить самостоятельно.

«С 15 лет я знал, что у меня не будет семьи», - говорит Изидор. «Я вижу себя так, что не было бы человека, который когда-либо захотел бы приблизиться ко мне.

Он считает, что наиболее успешные родители смогли сосредоточиться на привитии основных жизненных навыков и надлежащего поведения. «Ruckels - хороший пример: они держались, и у него все в порядке. Но у меня только сегодня была семья. Я знал эту девушку из Румынии навсегда, впервые увидел ее, когда она была маленькой девочкой, со всей картиной посттравматического стресса: страхом, тревогой, неуверенностью, депрессией. Ей сейчас 22 года. Родители сказали: «Мы закончили. Она употребляет наркотики, алкоголь, членовредительство. Она на улице ». Я сказал:« Давай вернем тебя на семейную программу. Они сказали: «Нет, мы устали, мы не можем позволить себе больше лечения - пора сосредоточиться на других наших детях» ».

В своей семье Федеричи и его жена стали постоянными законными опекунами для четырех его румынских детей, которые теперь все взрослые. Двое из них работают под наблюдением в фонде, который он основал в Бухаресте; двое других живут со своими родителями в Вирджинии. (Пятый - яркий пример удачливых 20 процентов - он врач скорой помощи в Висконсине.) По словам Федеричи, оба его взрослых сына, которые еще не вышли из дома, имеют когнитивные нарушения, но у них есть работа, и с ними приятно находиться. ."Они счастливы!" - восклицает он. «Они на 100 процентов привязаны к нам? Конечно нет. Довольны ли они семьей? Да. Могут ли они действовать в мире, среди других людей? Абсолютно. Они придумали способы не для того, чтобы преодолеть то, что с ними произошло - вы действительно не можете преодолеть это, - но чтобы приспособиться к этому и не брать в заложники других людей ».

Когда девять лет назад в семье родился ребенок - единственный биологический ребенок в семье, - врач начал замечать новое поведение у своих старших детей. «Малыш для них - рок-звезда», - говорит он.«Старшие братья дома так его защищают. На публике, в ресторанах, не дай Бог, чтобы кто-нибудь поранил его или коснулся волос на голове. Это интересная динамика: в детстве за ними никто не следил, но они назначили себя его телохранителями. Он их младший брат. Он был с ними в Румынии. Это любовь? Это что угодно. Они привязаны к нему больше, чем к нам, и это абсолютно нормально ».

По любым меркам, Изидор, живущий самостоятельно, - это история успеха для тех, кто выжил в учреждениях Чаушеску.«Вы когда-нибудь представляете себе семью?» Я спрашиваю. Мы в его комнате в гигантском доме недалеко от Денвера.

«Ты про мою? Нет. Я знал с 15 лет, что у меня не будет семьи. Видя всех своих друзей в тупых отношениях, с завистью, контролем и депрессией - я подумал: « Действительно? Все это ради отношений? Нет. Я вижу себя так, что не было бы человека, который когда-либо захотел бы приблизиться ко мне. Кто-то может сказать, что это неправда, но я так вижу себя.Если кто-то попытается приблизиться, я уйду. Я привык к этому. Это называется безбрачной жизнью ».

Он говорит, что не упускает того, чего никогда не знал, чего даже не замечает. Возможно, это похоже на дальтонизм. Люди с дальтонизмом скучают по зеленому? Он сосредоточен на стоящих перед ним задачах и изо всех сил старается действовать так, как люди ожидают от других.

«Ты можешь быть самым умным сиротой в больнице. Но вы чего-то упускаете », - говорит Изидор. «Я не из тех, кто может быть близким.Родителям человека тяжело, потому что они показывают тебе любовь, и ты не можешь ей ответить ».

Хотя Изидор говорит, что хочет жить как «нормальный» человек, он по-прежнему регулярно соглашается надеть мантию бывшего сироты, чтобы вести беседы в США и Румынии о том, что институционализация делает для маленьких детей. Он работает со сценаристом над мини-сериалом о своей жизни, полагая, что если бы людей можно было заставить понять, каково жить за забором, в клетках, они бы перестали сажать туда детей. Он прекрасно понимает, что до 8 миллионов детей во всем мире помещены в специальные учреждения, в том числе на южной границе Америки. Мечта Изидора - купить дом в Румынии и создать групповой дом для своих бывших сокамерников - тех, кого перевели в дома престарелых или выставили на улицу. Групповой дом для его товарищей по пост-институционализированным взрослым настолько близок к идее семьи, насколько это возможно для Изидора.

Нервные пути процветают в мозгу ребенка, осыпанного любовным вниманием; пути множатся, пересекаются и проходят через отдаленные области мозга, как строящаяся национальная система автомобильных дорог.Но в мозгу заброшенного ребенка - ребенка, лежащего в одиночестве и никому не нужного каждую неделю, каждый год - создается меньше связей. Мокрый подгузник ребенка не меняют. На улыбки ребенка нет ответа. Ребенок замолкает. Дверь закрывается, но полоска света освещает раму.

Люди время от времени обращали внимание на ребенка с искривленной ногой. Няни считали его привлекательным и находчивым. Режиссер поговорил с ним. В один прекрасный зимний день Ониса вывел его из приюта, и он пошел по улице.

Иногда у Изидора есть чувства.

Через два года после того, как Рукеллы выгнали его, Изидор стригся у стилиста, который знал семью. «Вы слышали, что случилось с вашей семьей?» она спросила. «Ваша мама и сестры вчера попали в ужасную автомобильную аварию. Они в больнице.

Изидор вырвался оттуда, взял выходной с работы, купил три десятка красных роз и явился в больницу.

«Мы ехали в грузовике, выезжающем из Costco, - вспоминает Марли, - и парень очень сильно ударил нас - это была авария с участием пяти автомобилей.Через несколько часов в больнице нас выписали. Я не звонила Изидору, чтобы сказать ему. Мы не разговаривали. Но он узнал, и я думаю, в больнице он сказал: «Я здесь, чтобы увидеть семью Рукель», а они сказали: «Их больше нет здесь», что он понял как «Они мертвы».

Изидор помчался от больницы к дому - дому, который он бойкотировал, семье, которую ненавидел.

Дэнни Ракел не собирался впускать его без переговоров. "Каковы ваши намерения?" он бы спросил.«Вы обещаете быть с нами порядочными?» Изидор обещал. Дэнни позволял Изидору войти в гостиную и встретиться лицом к лицу со всеми, стоять с руками, полными цветов, и с мокрыми от слез глазами. Перед отъездом в тот день Изидор возлагал цветы на руки своей матери и говорил с большей серьезностью, чем они когда-либо слышали раньше: «Это для всех вас. Я тебя люблю." Это станет поворотным моментом. С этого дня в нем будет что-то более мягкое в отношении семьи Рукел.

Но сначала Изидору пришлось подойти к тяжелой деревянной двери, к двери, в которую он швырнул фотоальбом, который Марлис сделал для своего дня рождения, к двери, которую он захлопнул за собой сотни раз, к двери, которую он выбил, и пнули, когда он был заблокирован. Он постучал и встал на крыльце, опустив голову, с колотящимся сердцем, не зная, впустят ли его. « Я бросил их, я пренебрегал ими, я провел их через ад» , - подумал он. Колючие стебли бордово-красных роз, завернутые в темные листья и пластик, ощетинились в его руках.

А потом они открыли дверь.


* Из-за недосмотра при редактировании в печатной версии этой статьи для описания спеленутых младенцев использовался термин papoose ; мы удалили это слово из онлайн-версии статьи после того, как читатель указал, что многие, в том числе Merriam-Webster , считают его оскорбительным.


Лили Сэмюэл внесла свой вклад в эту статью.Он появляется в печатном выпуске за июль / август 2020 года с заголовком «Может ли нелюбимый ребенок научиться любить?»

Остатки советского прошлого

В 90-е годы в одном из московских детских домов для детей грудного возраста я познакомился с маленьким мальчиком Ваней. Ваня был разговорчивым мальчиком, но находился в комнате детей, которые никогда не разговаривали.Он был голосом в тишине. Однажды моя жена Сара обнаружила, что он исчез. Он был переведен в психиатрическую лечебницу.

Если его условия в приюте были трагическими, то его новое место было адским. Его весь день держали голым в раскладушке без простыни. Это было место, где он в конце концов умрет.

Директор приюта, богобоязненная, но беспомощная женщина, знала, что Ваня причинила ужасную несправедливость, но с его официальным диагнозом «идиотизм» ему некуда было идти.Как ни странно, она умоляла мою жену вытащить его. Благодаря моей огласке и самоотверженным действиям российских борцов за права детей Ваня был освобожден из тюрьмы. В результате череды экстраординарных событий Ваня был усыновлен родителем из США.

С тех пор многое изменилось. Ваня живет в Пенсильвании, где учится в колледже, и мы с ним написали его историю в книге под названием «Мальчик из дома ребенка 10».

Еще больше изменилось в России с тех пор, как Ваню забрали в У.S. В настоящее время официально признано, что хранение детей с незначительными физическими недостатками является неправильным и что дети по возможности должны находиться в семьях. Детские дома и интернаты, которые были убогими и убогими в 1990-е годы, теперь хорошо финансируются, так что администрация детских домов оказывает давление, чтобы они оставались открытыми и привлекали больше сирот, для которых учреждения получают финансирование на душу населения. В то же время, однако, все большее число россиян понимает, что содержание младенцев в детских учреждениях подавляет их интеллектуально, эмоционально и физически.

Самым обнадеживающим является то, что массовые организации распространяются по всей России для поддержки матерей из группы риска, которые в противном случае были бы убеждены отдать своих детей государству.

На фоне всего этого прогресса у нас сейчас есть политический жаргон об усыновлении в США российских детей. Поток российских детей в США, который в любом случае снижался, был остановлен Государственной Думой в ответ на Закон Магнитского, согласно которому некоторым российским чиновникам, обвиняемым в коррупции, запрещен въезд в США.S ..

Уполномоченный по правам детей Павел Астахов, который ранее заключал соглашение об усыновлении с США, теперь говорит, что все международные усыновления должны быть запрещены. Приемные родители, по его словам, являются насильниками и педофилами, и вся торговля усыновлением детей пронизана коррупцией. Возмущение России лицемерно.

Ирония судьбы российских сирот заключается в том, что на самом деле детей-сирот как таковых в стране почти нет. По крайней мере, у 80 процентов так называемых сирот есть хотя бы один живой родитель.Их родители бросили их или были лишены родительских прав из-за алкоголизма, употребления наркотиков или жестокого обращения с детьми. Их можно назвать «социальными сиротами», но это проясняет дискуссию, если убрать это эмоциональное слово из лексикона.

"Проблема сирот в России" резко уменьшилась бы, если бы матерям больше помогало государство. Но было бы гораздо лучше начать с попытки оставить этих детей с биологическими матерями. Однако на это потребуются десятилетия, что потребует иной культуры социальной работы и обучения нового персонала, а также нового метода социальных выплат.Обеспечение малыша в государственных учреждениях в провинции стоит около 1500 долларов в месяц, а в Москве - намного больше. Эти средства разумнее передать приемным семьям и приемным родителям. Но это потребовало бы революции в мышлении правительства и повлекло бы за собой большую потерю патронажа для бюрократии детских домов.

Американцы не совсем безупречны. Гибель как минимум 19 российских усыновленных детей от рук приемных родителей свидетельствует о том, что усыновить в США слишком просто.S. Требования к усыновлению варьируются от штата к штату, но очевидно, что родительские проверки не так навязчивы, как в европейских странах. Большинство приемных родителей в США хотят только создать любящий дом, но некоторые не понимают, что ребенок из учреждения, который никогда не был связан со взрослым, может испытать их любовь до разрушения, даже попытавшись сжечь дом. И детям, и родителям может потребоваться более профессиональная помощь, чем доступна.

Наконец, если неправильно отправлять детей в U.С., то международное усыновление неверно в принципе. Это может показаться странным, исходить от кого-то, кто способствовал переезду Вани в США, но в то время у него не было выбора в России. Теперь его можно только представить в Москве.

Пора развить этот прогресс. Брошенные дети - проблема исключительно России, и Россия должна найти собственное решение, не имея возможности экспортировать их в более благополучные страны. Вот к чему, кажется, и идут дебаты.Однако остается печальный факт: явно есть дети, особенно с умственными и физическими недостатками, которые сегодня в России никогда не найдут приемных или приемных семей. Почему нельзя позволить им найти любящих родителей в других странах?

В России остро стоит проблема низкой рождаемости, которую правительство решает, платя матерям за то, чтобы они рожали больше детей, и предоставляя им другие льготы, такие как бесплатные каникулы. Это хорошее начало, но надо идти дальше.Политика будет работать только в том случае, если государство покажет, что ценит каждого ребенка и ценит вложения родителей в их время, деньги и энергию. Это означает, что государство должно помочь каждой матери быть хорошими родителями и помочь каждому ребенку иметь дом.

Несмотря на всю риторику холодной войны, неплохо, что сейчас обсуждается международное усыновление. Государственное помещение детей в детские дома и интернаты - это печальный пережиток прошлого. Наталья Водянова, модель и филантроп, у которой есть сестра с церебральным параличом и директор благотворительного фонда «Обнаженные сердца», возможно, лучше всего выразилась: «Невозможно построить светлое будущее для России, если не разобраться с проблемами, оставшимися с советских времен.

Алан Филпс является автором книги «Мальчик из детского дома 10».

КОДОВАЯ ВОЙНА - The Washington Post

Сесилу Филлипсу было 18, и он сразу после поезда из Северной Каролины явился в Арлингтон-холл, финансовую школу для девочек на шоссе № 50, которую армия схватила в начале Второй мировой войны. . За главным зданием, похожим на особняк, строители возвели временные постройки, похожие на сараи. В них разместятся 7000 мужчин и женщин, которых привозят, чтобы прорваться сквозь лавину перехваченных японских и немецких сообщений.Плоскостопие не давало Филлипсу надеть униформу, но Агентство безопасности сигналов с безобидным названием прочесывало страну в поисках гражданских лиц, способных взламывать коды. Хотя Филлипс не говорил на иностранных языках, у него была голова для цифр, и это могло иметь большее значение. Шифрование тогда и сейчас - это разработка способов скрыть слова за стенами случайных чисел. Черное искусство взлома кода - это использование математики для нахождения закономерностей в этой случайности - для обнаружения порядка во вселенной, которая не предназначена для того, чтобы его представить. В том июне 1943 года Филипс быстро приступил к расшифровке сообщений о погоде на японском языке. По сравнению с тем, что происходило в коридоре, где они взломали код японской армии, это была мелочь низкого уровня, и вскоре она стала ненужной, когда морпехи захватили копию книги кодов погоды на острове в Тихом океане. Имея менее чем годовой опыт работы в криптоанализе, Филлипс был отправлен на помощь в другом низкоприоритетном проекте, неопределенно именуемом «русской проблемой». Там он обнаружит числовую причуду, которая через множество поворотов и поворотов приведет к разоблачению обширной сети советских шпионов и изменит ход холодной войны.Российская проблема получит кодовое имя Venona и задействует армию криптоаналитиков для просеивания 1 миллиона советских телеграмм, которые были зашифрованы теоретически неразрывным кодом. Со временем SSA будет вытеснено Агентством национальной безопасности, и компьютеры возьмут на себя создание и взлом кодов, но работа над Venona будет продолжаться 37 лет, и это будут делать мужчины и женщины, использующие карандаш и бумагу. Чтобы повторить их шаги, нужно пройти через одну из самых сложных головоломок века и увидеть, как она постепенно решается.Работа над русской проблемой началась 1 февраля 1943 года, когда молодой женщине по имени Джин Грабил, двумя месяцами ранее преподававшей домоводство в Роуз-Хилл, штат Вирджиния, было поручено разобрать несколько тысяч советских телеграмм, которые были переданы. в SSA коммерческими кабельными компаниями в рамках обычной цензуры военного времени. Телеграммы - примерно половина из них в Комиссариат внешней торговли или из него, другая половина связана с Комиссариатом иностранных дел - состояли из пятизначных групп, марширующих по странице бессмысленной процессией: 38405 57951 05871 60718 56261 65495 03152 10012 81539 21846 25143 47365 Все эти сообщения выглядели так, как если бы они были зашифрованы с помощью одноразового блокнота, и это именно то, на что это похоже - каждый лист предназначен для однократного использования и уничтожения.Это нужно было делать вручную, но одноразовая система была последней в области генераторов случайных чисел. Даже лучшие немецкие и японские кодовые машины в конечном итоге создали паттерн, хотя в случае со знаменитой немецкой машиной Enigma количество переменных составляло сто миллиардов миллиардов. Тем не менее, любой шаблон, даже самый неясный, подвергался математической атаке. Только одноразовый блокнот никогда не создавал узора. Типичный лист начинается так: 23519 18440 48244 04151 19810 80625 89931 33212 05223 82214 и продолжается до 50 групп случайных чисел.Чтобы зашифровать сообщение, клерк по кодам начал бы с поиска слов простого текста в кодовой книге. Если первым словом в сообщении было «испытатель» - русский жаргон для «агента» - он обращался бы к «стажер» в своей кодовой книге и записывал данное значение - скажем, 62415. Затем он добавлял бы его. к первой пятизначной группе, указанной на одноразовом блокноте (23519 в приведенном выше примере) - с использованием криптографической арифметики, которая не переносит числа - и получим 85924. Если «испытатель» снова появится как, скажем, 10-е слово сообщения, клерк снова начнёт со значения кодовой книги 62415, но на этот раз он добавит его к 10-й группе одноразового блокнота, 82214, и получит 44629 - совершенно другое номер. Когда он подходил к концу первого листа в блокноте, он отрывал его и переходил к следующему, который содержал бы еще один набор случайных пятизначных групп. Снова и снова, лист за листом, блокнот за блокнотом, система будет генерировать случайные значения, не имеющие никакого отношения к предыдущему значению для того же слова, буквы, числа или знака препинания. Для отправителя и получателя кода это было трудоемко, но просто, поскольку у них обоих была одна и та же книга кодов и одноразовый блокнот. Для взломщика кодов, у которого не было ни книги, ни блокнота, это был кошмар - одно уравнение с двумя неизвестными, по определению неразрешимое.Это была идеальная система. Тем не менее, одна из аксиом криптографии заключается в том, что, хотя могут быть совершенные системы, идеальных пользователей не бывает. Взломщики кодов в Арлингтон-холле начали работу с самого начала - с даты и серийного номера «От», «Кому», которые появлялись в начале каждого сообщения. В зашифрованном виде эти заголовки ничем не отличались от всех других пятизначных групп, составляющих сообщение. Но в обычном тексте можно ожидать, что заголовки будут оставаться одинаковыми от сообщения к сообщению, поскольку в большинстве правительств практика заключается в том, что независимо от того, кто пишет телеграмму, она адресована главе офиса и от него.Дата и серийный номер изменятся, но предсказуемым образом. Если эти повторяющиеся или предсказуемые аспекты заголовков проявятся в шифре - если, другими словами, существовала закономерность для кажущихся случайными числами - тогда путь можно было бы найти в советском коде. Взломщики кодов начали с перфокарт: они перфорировали первые пять групп из каждой из 10 000 советских торговых сообщений на карты IBM и пропустили карты через сортировщик (который также был современным в 1943 году). Они обнаружили, что семь пар сообщений имеют одинаковые шифровальные группы.Вероятность того, что любые два сообщения, зашифрованные со случайными числами, дадут идентичные группы, равные одному на миллиард. Ясно, что Советы совершили ошибку: они использовали страницы из каких-то одноразовых блокнотов более одного раза. Центральное управление криптографии в Москве, очевидно неспособное производить достаточно одноразовых блокнотов, чтобы успевать за прессой военного времени, выпустило дубликаты страниц для блокнотов. По словам Филлипса, который составил 700-страничную секретную историю Веноны, дубликаты страниц были изготовлены в 1942 году и распространены в советских дипломатических представительствах и торговых представительствах по всему миру - в Нью-Йорке, Вашингтоне, Сан-Франциско, Лондоне, Стокгольме, Стамбуле. , София, Мехико, Богота, Монтевидео, Канберра - и широко использовались до 1945 года и с уменьшающейся частотой до 1948 года.За это время, по оценке Филлипса, Советы передали полтора миллиона сообщений, миллион из которых попал в руки американцев. Из них около 30 000 были зашифрованы с дублированием страниц. Советы, однако, не очень дорого заплатили за свою ошибку. Сообщения оставались мучительно трудными для расшифровки и, казалось, не стоили усилий; торговые потоки почти не имели никакой разведывательной ценности, потому что Соединенные Штаты уже знали, что они отправляли в Советский Союз. Наскучив торговым потокам, Филлипс обратился к небольшому набору дипломатических посланий, у которых была особенность, которая их выделяла.В каждом сообщении должен был быть «индикатор» где-то среди всех этих чисел - что-то, что давало бы советскому секретарю кодексов инструкции по расшифровке текста. В торговых сообщениях последние две цифры первой пятизначной группы давали номер страницы таблицы, с которой клерку по кодам нужно было проконсультироваться, чтобы расшифровать сообщение. Дипломатический обмен был более сложным - четыре различных системы шифрования, каждая из которых использовала несколько иной метод сокрытия индикатора. У одной из этих систем была дополнительная загвоздка: вычитание предпоследней группы из последней всегда давало 22222.Американцы в Арлингтон-холле дали этому последнему набору сообщений кодовое имя Джейд. В ноябре 1944 года Филлипс начал искать дорогу в движение Джейд. Ничего не получалось, пока «из чистого отчаяния» он не подсчитал частоту цифр в первой группе каждого сообщения. Сложив количество появлений каждой цифры, он обнаружил больше 6, чем обычно встречается в случайных числах. Новичок показал свое открытие более опытному криптоаналитику по имени Женевьев Файнштейн, которая заподозрила, что то, что нашел Филлипс, было «чистым ключом» - группами из пяти цифр, взятыми прямо с одноразового блокнота и прикрепленными к началу сообщения, чтобы заверить клерка кода, что он работает с правильной страницей.Само по себе это не было большим открытием. Но когда Файнштейн послал нескольких клерков для проверки ключа очистки по журналу пятизначных групп, которые использовались для шифрования торговых сообщений, они обнаружили некоторые совпадения. Другими словами, Джейд использовала одни и те же разовые страницы в качестве торгового трафика. Никто еще не знал, что содержится в трафике Jade. «На самом деле, - вспоминает Филлипс, - мы думали, что это какая-то форма консульской системы», потому что большинство сообщений шло в или из Нью-Йорка, где у Советов было самое большое консульство. Сообщения, наполненные мрачными подробностями о паспортах, визах и других консульских делах, казались не более многообещающими, чем торговые потоки, и никто не обращал на них особого внимания до тех пор, пока не закончилась война, когда одаренный лингвист по имени Мередит Гарднер получил возможность приступить к решению российской проблемы. . Во время войны Гарднер переводил как немецкие, так и японские послания, снискав небольшую известность изнутри, став первым американцем, расшифровавшим японское слово, обозначающее атомную бомбу - гэнси-бакудан - в послании, отправленном вскоре после Хиросимы.Он никогда не изучал русский язык, но у него были блестящие способности к языкам. Помимо немецкого и японского, он знал латынь, французский, испанский, итальянский, литовский, славянский и немного санскрита, а то, что он не изучал формально, выучил сам. На сохранившейся фотографии российского отделения SSA изображен молодой, темноволосый, худой, как карандаш, Гарднер, сидящий за столиком правительственного выпуска, единственный мужчина среди нескольких рядов взломщиков кодов, сидящий локтем к локтю. (Освобожденные от военной службы женщины были пехотинцами отряда взлома кодов.Гарднер сначала атаковал торговые сообщения, но, как и Филипс, вскоре ему стало скучно, и он обратился к трафику Jade. Женщины уже соединили сообщения Jade с сообщениями обмена, которые использовали те же одноразовые страницы. Они написали два сообщения, цифру за цифрой и группу за группой, на рабочем листе с перекрестной штриховкой, одно над другим. Это выглядело бы так: 36549 87013 = Jade message 10238 89659 = trade message. Числа выглядели случайными и не связанными друг с другом, но они были арифметически связаны общими одноразовыми страницами.Эта ссылка дала взломщикам шанс удалить случайные числа, взятые с одноразовых страниц, и раскопаться до лежащих в основе пятизначных кодовых групп, как они фигурируют в русской кодовой книге. Если бы они могли добраться до групп кодовой книги, они бы имели дело с тем, что криптоаналитики называют «простым кодом» - в котором значения для данного слова, числа или знака препинания остаются неизменными от сообщения к сообщению и в конечном итоге создают шаблон, который можно расшифровать. Женщины работали одно сообщение с другим, вычитая торговые числа из чисел Джейда, при этом используя криптографическую арифметику.36549 87013 = Нефритовое сообщение

-10238 89659 = Торговое сообщение 26311 08464 = разница Эта разница между двумя группами шифров, как они появляются в сообщениях, будет такой же, как разница между базовыми группами кодов. Но с пятизначными группами было 100 000 комбинаций, которые могли дать такую ​​разницу. Единственный способ узнать, какая из этих комбинаций верна, - это угадать. Криптоаналитики составят гипотетическую группу торговых кодов, которую они назвали «шпаргалкой», запишут ее на листке бумаги и «включат» в уравнение, буквально проведя по рабочему листу под разницей, ища «хит», в котором шпаргалка и разница складывались в кодовую группу, которая имела смысл в сообщении Jade.Это было похоже на попытку разгадать кроссворд, давая не только ответы, но и подсказки. Очень немногие люди в этом преуспели, возможно, потому, что работа требовала противоречивых черт: терпимости к отупляющей рутине и склонности к вдохновенным догадкам. Вначале, до того, как была решена какая-либо группа кода Jade, было практически невозможно сказать, что имело смысл, потому что сообщения не имели контекста. Но некоторые группы кодов - например, на определенный период - должны были присутствовать независимо от того, о чем было сообщение.Фактически, самой первой кодовой группой, которую нужно было решить, была группа, которая использовалась в торговом коде в течение периода - 79000. Форсирование 79000 приведет к созданию рабочего листа, который будет выглядеть следующим образом: 36549 87013 = Jade message

-10238 89659 = trade сообщение 26311 08464 = разница

+79000 79000 = шпаргалка 95311 77464 = возможный код Jade Если одна из этих возможных групп кода Jade, скажем, 93511, повторялась на протяжении всего сообщения Jade, то, скорее всего, это был обычно используемый знак препинания. Потребовались бы сотни, а иногда и тысячи попыток, чтобы найти группу кода, которая работала бы, но, по одной группе за раз, начали появляться фрагменты простого текста - в основном числа и знаки препинания. Большая часть текста оставалась неразборчивой - до тех пор, пока Гарднер не обнаружил код внутри кода, «код заклинания», который Советы использовали для написания имен или слов на английском языке. Одно из первых сообщений Джейд, которые взломал Гарднер, было полностью зашифровано заклинанием. Раздумывая над сообщением, которое было отправлено 18 мая 1944 года из Нью-Йорка в Москву, он заметил, что одна конкретная последовательность из четырех кодовых групп повторялась три раза в быстрой последовательности. «Я думал об этом по ночам», - вспоминает Гарднер.«Вот повторение из четырех групп на всем протяжении. Интересно, можно ли это сделать. На следующий день я вбежал, вставил, и t ', и i', и o ', и n 'где бы они ни произошли, и он начал ломаться ". Сообщение было написано на английском языке: «Если бы выборы состоялись сегодня, Р., вероятно, получил бы незначительное большинство голосов избирателей, но проиграл бы выборы из-за сильной концентрации его голосов на Юге, где его подавляющее большинство учитывается в конечном результате не больше, чем простой 51 процент». Это была попытка объяснить, как Рузвельт мог выиграть всенародное голосование на предстоящих выборах, но все же проиграть в Коллегии выборщиков.Ясно, что это не консульский материал. Это был политический репортаж, очевидно сделанный американцем на советских постах. Это походило на шпионаж, и теперь, когда Гарднер вычислил код заклинания, не потребовалось много времени, чтобы подтвердить его. В декабре 1946 года, примерно через год после того, как он впервые занялся русской проблемой, Гарднер ворвался в послание от 2 декабря 1944 года из Нью-Йорка в Москву. Он гласил: «Перечисляет (следующих) ученых, которые работали над проблемой - Ганса БЕТЕ, Нильса Бора, Энрико ФЕРМИ, Джона НЬЮМЕНА, Бруно Росси, Джорджа КИСТИАКОВСКОГО, Эмилио Сегре, Г.И. ТЭЙЛОР, Уильям ПЕННИ, Артур КОМПТОН, Эрнест ЛОУРЕНС, Гарольд ЮРЕЙ, Ганс СТАНАРМ, Эдвард ТЕЛЛЕР, Перси БРИДГЕМАН, Вернер ЭКЕНБЕРГ, СТРАССЕНМАН. . . »В этот момент сообщение стало неразборчивым, и Гарднер не имел ни малейшего представления о том, кто мог перечислить этот звездный список ученых-атомщиков, большинство из которых работали над Манхэттенским проектом. Это было через два года после того, как сообщение было отправлено , но Гарднер обнаружил доказательства советского шпионажа против того, что было самым секретным военным проектом Америки и теперь стало ключом к послевоенному балансу сил.Кто были шпионами Кремля и были ли они в состоянии раскрыть секреты бомбы? Ответы были скрыты в пятизначных группах трафика Jade, которые, как теперь стало ясно, были не консульскими материалами, а внутренней работой КГБ. Возможно, самая большая ирония в отношении Веноны заключается в том, что американцы никогда не смогли бы проникнуть в трафик КГБ, если бы Советы не взяли на себя бессмысленную работу по шифрованию бесполезного торгового трафика с помощью обременительной одноразовой системы. Торговые сообщения были рычагами, с помощью которых можно было вскрыть сообщения КГБ.Сообщения Джейд неохотно раскрывали свои секреты. После взлома машинного кода, такого как German Enigma или Japanese Purple, реплика машины могла быть реконструирована, а сообщения распечатаны так же быстро, как они были перехвачены. С одноразовым блокнотом каждую группу кода приходилось решать, записывая ее на бумаге, сдвигая кроватки и ища совпадения. «Я делал это очень медленно», - говорит Гарднер. «Вы строите эти вещи понемногу». Гарднер написал первую записку, в которой резюмировал свои выводы в августе 1947 года, примерно через год после того, как он начал взламывать сообщения КГБ.Он разгадал всего около 150 кодовых групп и еще не выяснил, кого или что значило большинство имен на обложках, которые появлялись в сообщениях. Некоторые из них, такие как ARSENAL для военного министерства США и ISLAND для Великобритании, были прозрачными отсылками, использовавшимися как своего рода стенографию. Другие - CARTHAGE для Вашингтона, BABYLON для Сан-Франциско - казались задуманными почти как редакционные комментарии. Но другие были явно созданы, чтобы скрыть настоящие личности тайных агентов КГБ. В своей записке Гарднер процитировал одного агента, чье прикрытие оказалось ЛИБЕРАЛЬНЫМ.Агент фигурировал в шести сообщениях, но единственным ключом к его личности был короткий отрывок, в котором говорится о «его жене Этель, 29 лет, в браке пять лет». Создание ETHEL было одной из маленьких побед Гарднера. В этом отрывке использовался тот же код заклинания, что и в сообщении с именами ученых-атомщиков, но Гарднер не смог разгадать это имя. У него были буквы «E» и «L» и нерешенная группа кодов между ними. Наконец, он пришел к выводу, что это означает не одну букву, а три - «Т-Х-Е»."" Я никогда не встречал трехбуквенного значения в. . . код заклинания, а затем я сказал: А, но они ожидают отправки большого количества текста на английском языке, и наиболее распространенным словом на английском языке является «the». «ФБР потребовалось более трех лет, чтобы идентифицировать LIBERAL и ETHEL как Юлиуса и Этель Розенберг. Расшифрованные сообщения никогда не использовались в качестве доказательств ни на суде над Розенбергами в 1951 году, ни в каких-либо других судебных делах, которые они инициировали. Когда агент ФБР должен был встать и объяснить, что побудило Бюро к расследованию, он должен был засвидетельствовать, что это была наводка от «конфиденциального осведомителя с известной надежностью». «На протяжении всех судебных процессов и всех споров, связанных с делами о шпионаже времен холодной войны, Венона оставалась строго охраняемым секретом, даже несмотря на то, что Советы знали о взломе кода почти с того момента, как это произошло, а американцы знали, что они знают. Венона был выдан натурализованным гражданином США по имени Уильям Вайсбанд, который, по словам Филлипса, «имел доступ ко всему, что происходило в секции». Его привлекли именно потому, что он был носителем русского языка.У него была привилегия бегать вокруг, чтобы помочь людям, якобы нуждающимся в языковой помощи, и он использовал это, вероятно, с большим преимуществом. "У Гарднера есть особые воспоминания о Вайсбанде," фактически смотрящем через мое плечо на то сообщение экспертов по атомной энергии ". Вайсбанд был уволен за взорвал Венону, но так и не обвинил в шпионаже. И худшее было впереди: «Там, где Вейсбанд набросал очертания {проекта}», - говорится в несекретной истории Веноны, опубликованной АНБ и ЦРУ », - получил британский офицер связи Ким Филби фактические переводы и анализы на регулярной основе после того, как он прибыл на службу в Вашингтон осенью 1949 года. «Спустя годы перебежчик из КГБ скажет ЦРУ, что он на самом деле читал копии переводов Гарднера, которые Филби отправил в Москву. Филби был восходящей звездой в МИ-6, британским аналогом ЦРУ - и типичным советским кротом, прокладывающим себе путь в сердце западной разведки. Его прибытие в Вашингтон, возможно, стало решающим моментом в шпионской войне между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Как гласит несекретная история, «сила встретилась с силой» в лицах Филби и Гарднера.Сильной стороной Москвы была «человеческая» разведка - вербовка агентов - в то время как Вашингтонская была «сигнальная» разведка или перехват и дешифрование закодированных сообщений. Филби и Гарднер на самом деле ненадолго встретились в особняке в Арлингтон-холле и даже обменялись рукопожатием перед тем, как удалиться по своим углам, Филби предоставил КГБ поток отчетов о Веноне, Гарднер расшифровал сообщения, которые разоблачили бы больше советских агентов, включая Филби. Через Вайсбанда и Филби Советский Союз знал о Веноне, а через Венону Соединенные Штаты узнали о Вайсбанде и Филби. Звучит как ничья - за исключением того, что Вейсбанд и Филби были выведены из строя, а Гарднер остался на работе. Работа над российской проблемой продолжалась в течение следующих 30 лет, хотя отдача от этого неуклонно снижалась. Дубликаты одноразовых страниц, выпущенных Советским Союзом в начале войны, вскоре закончились. Сообщения продолжали выглядеть так же, но «мы получали все меньше и меньше», - говорит Филлипс. Как свеча на конце фитиля, свет, который Венона осветил лабиринтом советского шпионажа, замерцал и погас.Осколки сообщений, которые уже были расшифрованы, содержали прикрытые имена примерно 200 американцев, которых КГБ или его военный коллега, ГРУ, считал агентами или, по крайней мере, источниками информации. Из этих 200 примерно половина не была идентифицирована. ЛИБЕРАЛ был Юлиус Розенберг, но кто такие THRUSH, OSPREY, ODD FELLOW и CUPID? А где они были сейчас? Вероятность того, что раскрытие еще одной кодовой группы даст ключ к идентификации еще одного агента КГБ, продержала Венону до 1980 года. «Насколько я знаю, никогда не было проблемы ... над которой работали до тех пор, пока эта», - говорит Филлипс, который перешел в другой проект в 1950 году. По его оценкам, было выписано более 2 миллионов пар шифровальных групп. вручную и подвергнуты криптоаналитической арифметике. Джин Грабил, молодой школьный учитель, который первым рассортировал послания, работал над ними 35 лет, прежде чем уйти на пенсию в Вирджинии. «Нас было около восьми человек», - говорит Милдред Хейс, присоединившаяся к русской секции в 1952 году.«Мы были заперты вместе весь день», запечатанные в капсуле времени из советских телеграмм, отправленных между 1942 и 1948 годами. Ручная техника раздвижных кроваток никогда не менялась и, по словам Хейса, стала настолько повторяющейся, что несколько взломщиков кодов разработали запястный туннель. синдром. Одна женщина стала неопрятной и отказалась купаться. Другой покончил жизнь самоубийством. Гарднер, по его собственным словам, начал слишком много пить. В 1972 году особенно жидкий обед привел к автомобильной аварии. Никто не пострадал, но в последовавшей за этим лоскутке «я подумал, что меня могут уволить, поэтому я решил уйти на пенсию.В конце концов, я проработал на них 30 лет ". Venona утратила свой постоянный гений. Два года спустя она потеряла своего самого преданного клиента, когда начальник контрразведки ЦРУ Джеймс Хесус Энглтон был вынужден уйти в отставку. Проект продолжался. еще шесть лет по не более чем бюрократической инерции. Наконец, через 28 лет после того, как она сдвинула свою первую кроватку, Милдред Хейс закрыла Венону, упаковав исходные сообщения, рабочие листы и переводы для архивов АНБ. Пока она ждала архивиста чтобы найти место, она на самом деле еще несколько раз упомянула ЛИБЕРАЛ.Но Венона закончилась, и она не стала переводить сообщение на английский. . Дэвид Мартин - корреспондент CBS News по вопросам национальной безопасности.

Немезида Путина замышляет постпутинскую Россию

Прошла четверть века с момента распада Советского Союза, а мы все еще сталкиваемся с проблемой России. Я пишу эти слова бесстрастно, как если бы я был сторонним аналитиком, клинически вращающим земной шар. Но как человек с американским и российским паспортами, который жил и работал в России и у кого там есть друзья и родственники, я мог бы с такой же легкостью изменить это мнение: четверть века после окончания советского тоталитаризма , у нас россиян до сих пор сталкиваются с проблемой россии.

Да, многие из других бывших советских республик вряд ли можно назвать утопиями, но они также не являются рассерженными экспансионистскими державами с ядерным оружием и нервными соседями. К настоящему времени страны Балтии довольно хорошо интегрированы в Европу и мировую экономику. Так обстоит дело практически со всей Восточной Европой, которая когда-то находилась под советской властью. Большинство этих стран перешли к той или иной форме демократического правления. Не случайно у большинства из них была память о таких институтах, на которых можно было строить, а также о плотном и никогда полностью не искорененном переплетении частных, религиозных и социальных групп - «гражданского общества», если использовать политологический жаргон.

России не хватает этой памяти, и гражданское общество было в значительной степени вытеснено мрачными суррогатами, контролируемыми государством, в течение семи десятилетий. Годы, последовавшие сразу за распадом Советского Союза, были полны противоречивых событий, включая взрывной рост институтов гражданского общества, но сегодняшняя Россия помнит 1990-е годы как эпоху, определяемую преступностью, коррупцией, хаосом, политическим беспорядком и экономическим разорением. Повелитель мух по евразийской шкале. Мерилом горя России является то, что приход Владимира Путина полтора десятилетия назад был встречен многими как внутри России, так и за ее пределами с облегчением: наконец он стал трезвым, серьезным человеком - даже освежающе мягким, после Бориса Цирк Ельцина - который может навести порядок в стране.Но приказ, который он принес, был приказом мафиозного государства. Государственный аппарат находится в руках разросшейся семейной структуры, которая стремится только к накоплению богатства и власти. Бесплатные заведения увядают на корню или задыхаются в кроватках. Журналистов и политических активистов безнаказанно убивают. Иностранный капитал бежит. Используя националистический пыл, Россия аннексировала одну часть Украины, вторглась в другую и надеется сделать остальную часть этой страны послушным сателлитом, тем временем разжигая войну, то яростную и ожесточенную.И Путин не собирается в ближайшее время покидать свой пост. Он позирует перед камерами без рубашки, как будто демонстрируя свое мастерство над временем. В следующем году Россия будет отмечать 100-летие Октябрьской революции, а это означает, что на протяжении целого столетия Россия проводит свой ужасный эксперимент по насилию над умами, сердцами и телами своего народа. В следующем году люди, родившиеся при Путине, получат возможность проголосовать на фиктивных выборах, поскольку его правление вступает в свой 19-й год.Вы должны задаться вопросом, как это делают люди внутри и за пределами страны, что могло бы случиться, что могло бы превратить Россию из того, что она есть, в «нечто лучшее», которым она могла бы стать? Даже если бы такая трансформация была возможна, вы также должны задаться вопросом, сколько времени это займет и у кого хватит терпения на то, что, вероятно, будет делом десятилетий, а может не начаться годами.

Михаил Ходорковский в Цюрихе, Швейцария, в декабре 2014 года.

Автор: Джанлука Колла / Bloomberg / Getty Images.

Самый влиятельный русский, который задает эти вопросы - и дает ответы, какими бы правдоподобными они ни были - сегодня изгнанник из своей родины. Это Михаил Ходорковский, самый богатый человек в России, пока в 2003 году он не поссорился с Путиным, лишился его богатства и отправили на десять лет в лагерь для военнопленных. Ходорковский был освобожден в 2013 году в качестве циничного жеста доброй воли и незамедлительно выслан из России. Воссоединившись со своей женой Инной, дочерью и сыновьями-близнецами, он провел свой первый год в ссылке в Цюрихе, а затем переехал в Лондон.Я разговаривал с ним несколько раз за последние два года в Нью-Йорке, Цюрихе и Лондоне. Теперь он выглядит как технический предприниматель, рано вышедший на пенсию. Его щетина длиннее пятичасовой тени, но короче его взлохмаченных седых волос. Одевается небрежно, обычно в черное. Некоторое время он проводил время, курсируя между Цюрихом, где у него был небольшой небольшой офис, и Прагой и Лондоном, двумя городами с одними из самых высоких концентраций недавних русских изгнанников. Однако в конце прошлого года русские решили, что они хотят вернуть его за решетку, и выдали ордер, поэтому он в основном ограничился Лондоном, где он всего лишь один из многих «разыскиваемых» людей Путина.

Через девять месяцев после своего освобождения Ходорковский возобновил работу фонда «Открытая Россия», который он основал в 2001 году. Он был не единственным олигархом, который основал фонд, но и одним из первых, и его политическая активность была наиболее активной. их. В то время видение Ходорковского было оптимистичным, граничащим с утопическим. Свое первое состояние он заработал в середине двадцати пяти, основав один из первых частных банков Советского Союза. Когда ему за тридцать, он заработал гораздо большее состояние, используя отчаянные и коррумпированные схемы приватизации в России, чтобы приобрести то, что стало крупнейшей нефтяной компанией страны.Затем он вышел из 1990-х годов, нелепо и, возможно, преждевременно, с идеей трансформировать свой бизнес в прозрачный и гражданский, а свою страну в страну, которая полагалась на интеллект и инновации, а не на нефть и минеральные ресурсы для своего богатства. Изначально «Открытая Россия» финансировала гражданские инициативы, включая СМИ и образовательные организации. После ареста Ходорковского фонд был выпотрошен - серьезный удар по гражданскому обществу в России, которое сильно зависело от денег Ходорковского.

Новая «Открытая Россия» амбициозна: это попытка построить полностью новое руководство для российского общества, которое будет существовать и функционировать параллельно нынешнему - до тех пор, пока нынешнее не рухнет и его место не займет сборное российское руководство Ходорковского. Точно так же, как теневой кабинет оттачивает свое мастерство, находясь вне власти, так и в видении Ходорковского теневые лидеры, теневые бюрократы, теневые журналисты, теневые организаторы и другие теневые граждане должны практиковать свое мастерство, даже если - или потому что - режим Путина узурпировал все институты и виды деятельности, которые обычно составляют функциональное общество.Ходорковский собирает обширную картотеку российских талантов - людей, которые могут узнать друг друга, публиковаться, учить и выступать публично, а также налаживать связи с сочувствующими, все еще находящимися в России. Rolodex растет.

Вскоре после освобождения из тюрьмы Ходорковский пришел к выводу, что Россия еще не созрела для вооруженной революции и что в любом случае насильственная революция принесет гораздо больше страданий, чем она могла бы облегчить. Я почувствовал намек разочарования, когда Ходорковский изложил мне этот вывод в ноябре 2014 года.Он действительно считает, что вооруженная борьба - единственная угроза, которая в настоящий момент действительно может повлиять на режим. Именно вооруженная борьба или ее угроза свергнула олигархическое правительство Украины в 2014 году. Но большинство россиян, настроенных против Путина, не готовы пойти на такие жертвы. «И я считаю, что у людей есть право на спокойную жизнь в нашей стране», - признал Ходорковский. «Вещи - отстой, но жизнь продолжается. А люди продолжают и накапливают немного капитала - квартиры и прочее.И я думаю, пока люди могут так жить, было бы неправильно нарушать это. Россия уже сломала достаточно жизней, достаточно своих граждан ». Собственная жизнь Ходорковского - яркий и не самый худший пример: его компания была фактически конфискована государством; его миллиарды превратились в миллионы; многие из его бывших сотрудников находятся в тюрьме; многие другие находятся в изгнании; один мертв; а сам Ходорковский не может вернуться домой.

Если нет возможности для немедленной вооруженной борьбы, признал он, «этот режим не может быть свергнут.Он продолжит движение по своей траектории ». Траектория не может быть неопределенной. Как и всем закрытым системам, режиму в конце концов придет конец - хотя бы потому, что сам Путин в конце концов умрет. Вопрос в том, что происходит потом?

«Россия уже сломала достаточно жизней, достаточно своих граждан».

Через 20 лет Ходорковскому исполнится 70 лет. Он сказал мне, что никогда не говорил, что его проект будет завершен при его жизни: «То, что мы, возможно, не увидим холодный синтез в нашей жизни, не является причиной не работать над ним.Его собственный план состоит в том, чтобы посвятить следующие 10 лет подготовке России к ее следующей главе: созданию многотысячной сети, состоящей из тысяч людей, обладающих широким спектром навыков и опыта совместной работы. Цитируя другого оппонента Путина в изгнании, Гарри Каспарова, Ходорковский сказал: «Мы бежим марафон, который в любой момент может превратиться в спринт». Он продолжил: «И когда стартовый пистолет срабатывает, что может случиться в любой момент, общество должно знать, что есть команда, способная взять на себя роль правительства. Если мы не являемся этой командой, то ее возьмет на себя другая команда.А если другой команды не существует, мы впадаем в кризис управления ». Это печальная история смены режима почти повсюду.

Расчеты Ходорковского просты: «Сейчас в России около двух миллионов человек получают зарплату от государства, в том числе около 600 000 человек, которые фактически работают в федеральном правительстве. Из них десятки тысяч будут потеряны »- при переходе к новому режиму -« и их нужно будет заменить. Некоторые из этих людей работали на ключевых должностях.Это означает, что нам нужны несколько тысяч человек, если не десятки тысяч людей, способных играть политическую роль, выходящую за рамки технической компетенции: нам нужны люди, которые смогут направить процесс перехода в новое русло ».

Уголок Бьорна: российский авиапром.

Бьорн Ферм

22 августа 2015 г., ©. Leeham Co: Российский авиасалон МАКС проходит в Москве, на аэродроме Жуковский, на юго-востоке Москвы. Город Жуковский называют Аэрогородом Российской Федерации.В нем находится не только взлетно-посадочная полоса длиной 17 800 футов, но и центр российских авиационных исследований и тестирования знаний вокруг гигантского аэродрома.

Всего в паре километров от аэродрома находится известный российский Центральный аэрогидродинамический институт, ЦАГИ. Он участвовал в проектировании аэродинамики всех российских самолетов, в том числе новейшего, Sukhoi Superjet и нового конкурента Иркуту МС-21 Boeing 737 MAX и Airbus A320neo.

Меня всегда интересовали загадки советской, а затем и российской авиационной промышленности.У него была такая отличная от своих западных коллег структура, и поэтому он боролся. МС-21 - хороший тому пример. Ильюшин говорит, что они работают над МС-21, как и Яколев и «Иркут». «Иркут» говорит, что это их самолет, но я не слышал об «Иркут» как об OEM-производителе самолетов до МС-21.

Мои нарицательные имена российских авиалайнеров были Туполев и Ильюшин, возможно, Яколев для более мелких типов. Если бы мы включили Украину в советский период, мы могли бы добавить Антонов как известный производитель авиалайнеров. Но только не Иркут.Однако сегодня основными игроками, производящими новые гражданские авиалайнеры, являются «Сухой» и «Иркут», которые не производят авиалайнеров. Как все это сочетается? Вот попытка разобраться.

Чтобы понять российскую авиационную промышленность, необходимо понять, как эта отрасль создавалась при коммунистическом режиме с 1920-х до начала 1990-х годов (Советский Союз прекратил свое существование в 1991 году). Государство полностью управляло авиационной промышленностью, и оно давало конструкторским бюро задания на проектирование самолетов, которые считались необходимыми для военных или гражданских нужд.

Проект нового гражданского авиалайнера мог быть представлен на конкурсе, например, Туполеву и Ильюшину, а победивший проект затем был передан государством производственному «комплексу» для производства. Все аспекты проекта выполнялись государством с участием конструкторского бюро в качестве технического эксперта. Экспорт самолетов также осуществлялся государством. Были специализированные государственные экспортные компании, которые продавали самолеты, а затем отдавали производственной компании заказы на их производство или изготовление запасных частей, чтобы государственная компания могла поддерживать своих клиентов.

Все это привело к созданию слабо сформированной отрасли, в которой центром внимания было государство и научно-исследовательские институты, такие как ЦАГИ, которые выполняли все исследования и испытания в области авиационной и системной безопасности для конструкторских бюро. Компании-производители не обладали конструкторскими знаниями или полномочиями для чего-либо, кроме производственной адаптации дизайна конструкторского бюро.

Когда государственные органы и их контроль исчезли с падением Советского Союза, вся промышленность остановилась.До крушения ежегодно производилось более 700 самолетов. Через десять лет после распада Советского Союза было выпущено менее 10 самолетов. Никто не отвечал за это, и у когда-то сильнейшего предприятия, производственной компании, не было никаких знаний о продажах, дизайне или послепродажном обслуживании. У конструкторских бюро не было ни капитала, ни фабрики, ни вспомогательной базы.

На то, чтобы разобраться в беспорядке, потребовалось более 10 лет, и сортировка продолжается. United Aircraft была создана в 2007 году, чтобы собрать все важные конструкторские бюро и производственные мощности под одной крышей и начать объединять их вокруг жизнеспособных программ.

Проще всего было возобновить военные программы, поскольку они контролируются государством. Военный экспорт в значительной степени осуществляется между государствами. Сложнее было для гражданского авиастроения. Не имея собственной жизнеспособной отрасли, операторы авиакомпаний начали покупать западные самолеты, за которыми стояли работающие компании, с 50-летним опытом проектирования, производства и послепродажного обслуживания.

United Aircraft и поддерживающее российское государство решили перестроить промышленность на основе новых современных разработок.Чтобы максимально увеличить свои шансы на успех, западные компании были наняты в качестве консультантов: Boeing для регионального проекта, которым стал Sukhoi Superjet, и Irkut воспользовались помощью Diamond Aircraft of Austria для разработки внеавтоклавного крыла, армированного углеродным волокном (CFRP) лонжеронов, что делает крыло МС-21 уникальным. Для экспорта регионального Superjet компания United Aircraft Sukhoi создала совместное предприятие с подразделением Finameccnica в Венеции, которое выполняет окончательное оснащение, обучение экипажа и послепродажную поддержку.Многие подсистемы были приобретены у западных поставщиков.

Постепенно по мере того, как компетенция United Aircraft растет и падение курса рубля по отношению к доллару делает всю западную поддержку и поставщиков дорогими, проекты снова начали увеличивать российское содержание. С чисто технической точки зрения Superjet произвел хорошее впечатление. Он хорошо работает в мексиканских операциях Interjet, и пассажиры хвалят просторный салон, расположенный в пять рядов.

Проект МС-21 находится в стадии сборки первого прототипа, и первый полет, вероятно, состоится в следующем году.Двигатель - это высококонкурентный двигатель Pratt & Whitney GTF, установленный на A320neo, и планер, кажется, имеет правильные характеристики. «Иркут», как производственная компания с приобретенными конструкторскими знаниями, была указана как основа проекта, но Яковлев, который разработал первоначальный проект как Як-242, будет отображаться в названии продукта, когда-то произведенного как Як-242.

Основная проблема для United Aircraft заключается в том, что по мере того, как она, наконец, начала получать положительную отдачу от вводимых в эксплуатацию самолетов с новыми интересными конструкциями в трубе, крупнейший спонсор, российское государство, снижает свои шансы на дальнейшие западные продажи, принимая участие в политическом противостоянии на Украине.

Еще неизвестно, что выйдет из конфликтной ситуации для российской авиационной промышленности. Жалко, что политика рискнет возродить некогда крупную российскую авиационную промышленность. Нет недостатка в ресурсах и знаниях. Сообщается, что в ЦАГИ имеется 60 аэродинамических труб и все оборудование, необходимое для испытаний и сертификации самолетов. В нем работают 18 000 человек, и у него есть исследовательские проекты по всем аспектам авиационного дизайна.

Всего в авиационной отрасли России насчитывается более 100 компаний, в которых работает около 350 000 человек.Только благодаря успеху на западе можно установить более глубокие связи между людьми на востоке и западе. В результате возникновение взаимосвязанных экономик сделало бы цену политических конфликтов слишком высокой, чтобы ее могли заплатить все участники.

Связанные

«Агент Соня» Бена Макинтайра: отрывок

Молодая пара была счастлива, безработна, разорена и, в случае Урсулы, чрезвычайно занята разжиганием восстания. В условиях экономического хаоса Веймарской Германии архитектурные работы было трудно найти.Итак, в начале 1930 года Руди подал заявление о приеме на работу в управляемый британцами муниципальный совет Шанхая, строивший правительственные здания в китайском городе.

Урсула изначально была неуверена. Покинет ли она революцию, уехав из Германии? «Коммунизм интернациональный, я тоже могу работать в Китае», - наивно сказала она товарищам.

Урсула понятия не имела о политической огненной буре, в которую она направлялась. Коммунистическая партия Китая действительно существовала в Шанхае, но она была объявлена ​​вне закона, преследовалась и грозила уничтожение.

Шанхай в 1930 году имел полное право считаться самым социально-экономически разделенным городом на земле, местом, где расстояние между богатыми и бедными было не столько пропастью, сколько зияющей пропастью. Наполовину колония, наполовину китайский город, он был домом для 50 000 иностранцев, в окружении почти трех миллионов китайцев, большинство из которых жили в ужасающей нищете. В международное сообщество входили британцы, американцы, французы, немцы, португальцы, индийцы, белые русские, японцы и другие, некоторые из которых были беженцами без гроша в кармане, другие - новоявленными плутократами с невероятным богатством.

Одновременно очаровательный и захудалый, блестящий и уродливый, Шанхай был домом для огромной международной толпы нищих, миллионеров, проституток, предсказателей судьбы, игроков, журналистов, гангстеров, аристократов, полевых командиров, художников, сутенеров, банкиров, контрабандистов и шпионов.

Пока эмигранты танцевали и развлекались, под поверхностью шанхайского общества шла жестокая, полусекретная шпионская война. Агенты националистического правительства Китая шпионили за отечественными и иностранными коммунистами. Подпольные коммунисты шпионили за правительством и друг за другом.Советский Союз разместил по всему городу армию секретных агентов и информаторов. Британцы с помощью Америки постоянно за всеми шпионили.

13 ноября 1930 года за чаем в великолепном отеле Cathay Урсула встретила женщину, которая изменила ее жизнь. Агнес Смедли была самой известной радикальной левой романисткой Америки, известным автором бестселлера «Дочь Земли » прошлого года. Смедли никогда не придерживалась последовательной философии, поскольку ее политикой была политика гнева, гнева против капиталистов, владельцев шахт, империалистов и колонизаторов, которые держали в рабстве бедных, небелых и рабочий класс.У нее не было времени на политическую теорию: «Какая разница, если я читаю всю эту чушь? Я знаю, кто враг, и этого достаточно ».

Потерянное поколение Румынии: детские дома за железным занавесом - все в голове

Девочки обедают в румынском детском доме.

Девочки обедают в румынском детском доме.

В начале 1990-х годов Запад был в ужасе от изображений, на которых тысячи безнадзорных детей были размещены в переполненных государственных детских домах Румынии.Исследования советского подхода к воспитанию детей в стране привели к одному из самых всеобъемлющих в истории исследований, посвященных влиянию помещения в детские учреждения на детей младшего возраста. Опираясь на душераздирающие личные отчеты, Кэти Сильвер исследует уроки потерянного поколения Румынии.

Когда в 1989 году был свергнут диктатор Николае Чаушеску, Румыния была открыта для мира впервые за 44 года. Западные СМИ обрушились на бывшее советское государство, и журналисты рассказали ужаснувшейся мировой аудитории истории о жестоких пытках и цензуре.Большая часть репрессий, о которых сообщалось, была возложена на Секуритате; считается одной из самых жестоких тайных полицейских сил в мире.

Возникли тревожные образы обездоленных, напуганных детей - разрушительный побочный продукт «пронаталистской» политики режима. Фотографии младенцев с бритыми головами, прикованными к кроватке и лежащими в лужах мочи, потрясли земной шар. Было обнаружено около 170 000 детей-сирот в 700 учреждениях. Дети воспитывались в переполненных государственных детских домах, где к воспитанию детей подходили с советской эффективностью.В результате появилось поколение, выросшее без заботы, социального взаимодействия, стимуляции или психологического комфорта. Дети в интернатных учреждениях Румынии демонстрировали глубокую задержку в развитии и аномальное социально-эмоциональное поведение.

Для детей, воспитываемых в любых невзгодах, чем раньше вы попадете в подходящую среду для ухода за ними, тем выше их шансы на нормальное развитие.

Большое количество сирот в Румынии стало результатом разрушительного сочетания факторов.Первым была государственная социальная инженерия, направленная на создание человеческого капитала. Когда Чаушеску пришел к власти в 1965 году, в Румынии наблюдалось снижение рождаемости и один из самых высоких показателей абортов и разводов в Восточной Европе. Во имя продолжения рода новый лидер ввел ряд радикальных мер: запрет на аборты, ограничение разводов, введение «налога на бездетность» и предоставление финансовых стимулов для работающих матерей. Он снизил брачный возраст до 15 лет и наградил матерей медалями в зависимости от количества детей.Возможно, самой крайней мерой была «менструальная полиция»: армия гинекологов, которые заходили в школы и на рабочие места, исследуя небеременных женщин и выкидыши.

Повышенная рождаемость сочеталась с убеждением, что государство могло бы справляться с воспитанием детей лучше, чем родитель. Правительство наняло медицинских специалистов, которым было поручено побуждать родителей отказываться от своих детей. Этот шаг, служащий коммунистическим обоснованием разделения продуктивных и непроизводительных членов общества, разрушил семью как сплоченную единицу.Вера в примат государственных учреждений сочеталась с тяжелым экономическим климатом, в результате которого у многих родителей оставалось мало средств для ухода за своими детьми.

В детских учреждениях Румынии маленькие комнаты использовались для размещения до 12 младенцев, которые большую часть дня проводили в кроватках, не обращая внимания на них. Соотношение опекунов и детей было различным, но в целом ужасающим; один воспитатель часто поручали 15 младенцам.

В статье, опубликованной в журнале Американской медицинской ассоциации после падения «железного занавеса», говорится: «Существует острая необходимость в немедленном международном ответе на нынешний кризис детских домов в Румынии. Тысячи молодых жизней в настоящее время подвергаются опасности и могут быть потеряны ».

Возможно, больше всего пострадали дети, которых считали« неполноценными ». Западные врачи в 1990-х годах сообщали о недоедании, задержке роста и халатности, а также о сексуальном и физическом насилии. Многие дети были ВИЧ-положительными в результате переливания крови, которое широко используется среди детей в специализированных учреждениях для лечения любого количества заболеваний.

"Здесь хранились все младенцы, а также многие умерли.Когда меня впервые перевели из реальной больницы, именно сюда меня поместили. Я попал в эту больницу в возрасте трех лет ».

«Это то место, где хранились все младенцы, а также многие из них умерли. Когда меня впервые перевели из настоящей больницы, меня впервые поместили сюда. Я пришла в эту больницу в возрасте трех лет».

Изидор Рукель был помещен в больницу для неизлечимых детей с тяжелым полиомиелитом в начале 1980-х годов, начиная с шестимесячного возраста. Когда ему исполнилось три года, его перевели в детский дом.

«Нас было так много», - говорит он. «Мы позавтракали, а потом нас поместили в чистую комнату, и все, что мы делали, - это раскачиваться взад и вперед. Некоторые плакали, а некоторые бились. Некоторым надели смирительные рубашки, чтобы не допустить этого. После обеда [это было] то же самое; тебя приводят в порядок, тебя помещают в чистую комнату, ты качаешься взад и вперед и бьешь себя или [тебя надевали] смирительной рубашкой, если ты плохо себя вел. Тем, кто продолжал плохо себя вести, давали наркотики, и это заставляло их спать и сохранять спокойствие.’

Несколько исследователей из сети MacArthur Network провели параллели между поведением детей, помещенных в специализированные учреждения, и обезьян, лишенных материнской заботы, в знаменитых экспериментах ученого Гарри Харлоу. Работая в Университете Висконсин-Мэдисон в середине -х годов века, Харлоу обнаружил, что у макак-резусов без материнской фигуры обнаруживаются многочисленные психологические сбои, в том числе ненормальное поведение привязанности, повторяющиеся двигательные движения и значительно сниженная интеллектуальная функция.

Это открытие, в котором подчеркивалась важность фигуры родителей, противоречило психологическим установкам того времени. В вихре индустриализации Британии конца 19 века детские дома были в моде. Природа превзошла воспитание в детерминированных моделях развития ребенка. Такое отношение сохранялось на протяжении первой половины ХХ века.

Однако к 1950-м годам западные психологические исследования начали признавать вред институционального воспитания. Воспитание в приемных семьях поощрялось в Соединенных Штатах и ​​Соединенном Королевстве.В это время британский детский психиатр Джон Боулби написал статью для Всемирной организации здравоохранения, в которой утверждалось, что фигура матери важна для психического здоровья детей. Как ни печально для румынских сирот, время этого сдвига совпало с формированием советского блока. Психиатры на востоке были отрезаны от новых открытий, а СССР погрузился в полувековую научную изоляцию.

Когда упал железный занавес, программа американской ABC 20/20 сняла знаменательный документальный фильм, разоблачающий учреждения Румынии. Это привело к волне международных усыновлений во многих штатах. Изидор Рукель был усыновлен семьей из Сан-Диего. Не понимая, что происходит, по его приюту в Бухаресте распространились слухи, что детей, отправленных в Америку, убивают, а их части продают. «Я был в отчаянии, я был взволнован», - говорит Рукел. «Я подумал:« Мне все равно, по крайней мере, я ухожу отсюда ». Сейчас ему 33 года, и он говорит, что опыт прибытия в Калифорнию был сюрреалистичным:« Когда мы вышли из аэропорта, мне пришлось остановиться.Я никогда, никогда в своей жизни не видел столько машин. Мы сели в фургон, поехали домой, и когда мы вошли в дом, там была табличка с надписью «Добро пожаловать, Изидор».

По теме: Новые неприкасаемые

Подробнее: Европейские перемещенные рома

Несмотря на первоначальный шум, в течение десятилетия после распада Советского Союза в сфере благосостояния детей было мало улучшений. В течение нескольких лет заброшенность и институционализация фактически увеличивались, а смена режима усугубляла бедность и безработицу. Международные усыновления часто обходили бюрократические и юридические каналы, и начали появляться истории о «детских базарах» и «детских брокерах». На протяжении большей части 1990-х годов государственная политика резко менялась в отношении международного усыновления. В то время как НПО поставляли игрушки и игровое оборудование, забота оставалась скорее вопросом патрулирования, чем игры.

Инфекция была распространена, и к концу 20-го века около 10 000 детей в специализированных учреждениях жили с ВИЧ / СПИДом. В отчете НПО «Хьюман райтс уотч» говорится, что «дети страдали от неадекватного питания, крова, одежды, медицинской помощи, отсутствия стимуляции или образования и отсутствия заботы.Дети-инвалиды страдали от еще более тяжелых условий и лечения, многие из них страдали от недоедания и болезней ». В 1998 году младенцы все еще в большом количестве содержались под присмотром одного человека, и западные психологи отмечали их поведение как« социально неполноценное ».

Именно в этом контексте был запущен BEIP. Это комплексное исследование, известное как Бухарестский проект раннего вмешательства (BEIP), значительно улучшило понимание науки о развитии детей в раннем возрасте, в результате чего была опубликована публикация Румынские брошенные дети .Чарльз Зеана, один из авторов книги и главный исследователь BEIP, говорит, что институциональный уход оказался «особенно вредным» способом ухода за детьми. «Для детей, воспитываемых в любых невзгодах, чем раньше вы сможете поместить их в подходящую среду для ухода, тем больше у них шансов на нормальное развитие», - говорит Зеана.

В 12-летнем исследовании BEIP приняли участие 136 младенцев и детей, оставленных в румынских учреждениях. Половина из них была случайным образом распределена в приемные семьи, в то время как остальные были распределены по «обычному уходу» или продолжению институционального ухода.Детей также сравнивали с контрольной группой, воспитанной в собственных семьях. Периодически детей оценивали на предмет их физического, эмоционального, когнитивного, социального и языкового развития.

Исследование, проведенное учеными из Гарвардского университета, было основано на нейробиологии: дети были протестированы в чувствительные периоды развития с использованием инструментов визуализации мозга, таких как электроэнцефалограммы (ЭЭГ) и магнитно-резонансная томография (МРТ). Исследователи также использовали молекулярные подходы и набор психологически обоснованных тестов.Результаты показали, что большее количество времени, проведенное в учреждении, означает худшее развитие.

Дети в учреждениях гораздо медленнее осваивали языковые навыки и хуже справлялись с такими исполнительными функциями, как память, решение проблем и рассуждение. Их мозг был меньше и имел гораздо меньшую электрическую активность. Их IQ не только был ниже, чем у других, но и постепенно снижался по мере взросления детей. У детей, помещенных в специализированные учреждения, повышен уровень психических расстройств, особенно эмоциональных расстройств, таких как тревога и депрессия.

Дети, помещенные в учреждения, демонстрировали ненормальное социально-эмоциональное развитие, в том числе неизбирательное дружелюбие, хотя именно в этой области приемная семья оказала наиболее восстановительный эффект. Авторы книги «Брошенные дети в Румынии » утверждают, что «наиболее полное выздоровление, которое мы наблюдали среди детей, ранее помещенных в приемные семьи, находится в сфере их социального и эмоционального функционирования». Тем не менее, хотя дети, находящиеся в приемных семьях, добились некоторых улучшений, были определенные недостатки, которые невозможно было исправить.Это поддерживало концепцию «чувствительного периода» приобретения, когда опыт должен происходить в течение ограниченного периода времени для развития определенного навыка.

Глубокая интеллектуальная депривация, в том числе отсутствие возможности воспринимать образы, звуки и язык, оказала разрушительное воздействие на детей, выросших в румынских детских домах на протяжении всей своей жизни. Рукель продолжал раскачиваться взад и вперед несколько лет, когда он приехал в США.

«Есть вещи, от которых у меня остались шрамы», - говорит он.«Я не самый умный человек, но я делаю все, что в моих силах, чтобы двигаться вперед, и я стараюсь не отказываться от жизни.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *