Содержание

Великобритания вернула Турции древний золотой кувшин

https://ria.ru/20211028/ewer-1756320184.html

Великобритания вернула Турции древний золотой кувшин

Великобритания вернула Турции древний золотой кувшин — РИА Новости, 28.10.2021

Великобритания вернула Турции древний золотой кувшин

Великобритания вернула Турции золотой кувшин возрастом 4250 лет. Экспертиза установила, что артефакт был вывезен из страны незаконным путем, сообщает The Art… РИА Новости, 28.10.2021

2021-10-28T05:57

2021-10-28T05:57

2021-10-28T05:57

культура

новости культуры

турция

лос-анджелес

великобритания

музей виктории и альберта

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/0a/1a/1756321092_0:150:992:708_1920x0_80_0_0_d113f34835a486853d14e978fc4a762a.jpg

МОСКВА, 28 окт — РИА Новости. Великобритания вернула Турции золотой кувшин возрастом 4250 лет. Экспертиза установила, что артефакт был вывезен из страны незаконным путем, сообщает The Art Newspaper. Ранее кувшин был частью коллекции английского бизнесмена Артура Гилберта и его супруги Розалинды, которые долгие годы собирали предметы декоративного искусства, в том числе посуду, а также миниатюры из серебра и золота. В 2008-2009 годах артефакт, как и вся коллекция, были переданы лондонскому Музею Виктории и Альберта при поддержке фонда Gilbert Trust for the Arts. В 2018 году фонд решил провести проверку коллекции, чтобы установить, были ли какие-то предметы приобретены незаконным путем. Эту задачу поручили куратору галереи Розалинды и Артура Гилберт Жаку Шухмахеру. Он обратил внимание на кувшин. Эксперт установил, что торговец, продававший его, был связан с незаконным сбытом предметов старины. Шухмахер считает, что артефакт был украден.Артур Гилберт приобрел кувшин в 1989 году у Брюса Макнолла — торговца антиквариатом из Лос-Анджелеса. Тогда он отдал за него 250 тысяч долларов — большие по тем временам деньги. Макнолл сообщил, что получил золотой предмет от реставратора из Цюриха Фрица Бурки, который, как выяснилось, был связан с Джакомо Медичи — осужденным продавцом древностей из Италии. В 1989 году эти имена, возможно, и не вызывали беспокойства. Но теперь они — «красный флаг» для исследователей, специализирующихся на происхождении экспонатов в собраниях музеев. Хотя кувшин находился в хранилище Музея Виктории и Альберта, и никогда не выставлялся перед публикой, его нужно было незамедлительно вернуть в Фонд Гилберта, а затем и в Турцию. Сейчас артефакт выставлен в Историческом музее Анкары.

https://ria.ru/20211027/branli-1756370511.html

https://ria.ru/20211026/zoloto-1756141775.html

турция

лос-анджелес

великобритания

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/0a/1a/1756321092_0:57:992:801_1920x0_80_0_0_f7f08f4cbee97918539cad3dad639b90.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

новости культуры, турция, лос-анджелес, великобритания, музей виктории и альберта

Великобритания вернула Турции древний золотой кувшин

МОСКВА, 28 окт — РИА Новости. Великобритания вернула Турции золотой кувшин возрастом 4250 лет. Экспертиза установила, что артефакт был вывезен из страны незаконным путем, сообщает The Art Newspaper.

Ранее кувшин был частью коллекции английского бизнесмена Артура Гилберта и его супруги Розалинды, которые долгие годы собирали предметы декоративного искусства, в том числе посуду, а также миниатюры из серебра и золота. В 2008-2009 годах артефакт, как и вся коллекция, были переданы лондонскому Музею Виктории и Альберта при поддержке фонда Gilbert Trust for the Arts.

В 2018 году фонд решил провести проверку коллекции, чтобы установить, были ли какие-то предметы приобретены незаконным путем. Эту задачу поручили куратору галереи Розалинды и Артура Гилберт Жаку Шухмахеру.

Он обратил внимание на кувшин. Эксперт установил, что торговец, продававший его, был связан с незаконным сбытом предметов старины. Шухмахер считает, что артефакт был украден.

«Как кувшин покинул Турцию, остается неизвестным. У нас нет сведений о его происхождении», — сказал он.

Артур Гилберт приобрел кувшин в 1989 году у Брюса Макнолла — торговца антиквариатом из Лос-Анджелеса. Тогда он отдал за него 250 тысяч долларов — большие по тем временам деньги. Макнолл сообщил, что получил золотой предмет от реставратора из Цюриха Фрица Бурки, который, как выяснилось, был связан с Джакомо Медичи — осужденным продавцом древностей из Италии.

27 октября 2021, 06:37КультураФранция возвращает Бенину награбленные в стране сокровища

В 1989 году эти имена, возможно, и не вызывали беспокойства. Но теперь они — «красный флаг» для исследователей, специализирующихся на происхождении экспонатов в собраниях музеев.

Хотя кувшин находился в хранилище Музея Виктории и Альберта, и никогда не выставлялся перед публикой, его нужно было незамедлительно вернуть в Фонд Гилберта, а затем и в Турцию.

Сейчас артефакт выставлен в Историческом музее Анкары.

26 октября 2021, 08:00КультураЗолото раздора: скифские сокровища отдают Украине, а не Крыму

Гилберт Стюарт — 57 произведений

Ги́лберт Ча́рльз Стю́арт (англ. Gilbert Charles Stuart; 3 декабря 1755, Сондерстаун — 9 июля 1828, Бостон) — американский живописец, наряду с Джоном Синглтоном Копли считающийся основоположником американской живописи.

Прежде всего известен как портретист, создавший более тысячи портретов своих современников, включая шесть первых президентов США.

Гилберт Стюарт был третьим ребёнком в семье. Отец, также Гилберт Стюарт, иммигрант из Шотландии, работал на мельнице по изготовлению нюхательного табака, а мать, Элизабет Энтони Стюарт, происходила из семьи землевладельцев из Род-Айленда. В возрасте семи лет будущий художник вместе с семьёй переехал в Ньюпорт.

С раннего возраста он проявил склонности к живописи, учился у шотландского художника Космо Александера, и в 1771 году в возрасте 14 лет вместе с ним отправился в Эдинбург, чтобы закончить художественное образование. Однако Александер умер на следующий год, и после короткой безуспешной попытки зарабатывать себе на жизнь живописью Стюарт вернулся в Ньюпорт. Так как перспективы образования в Америке представлялись неблагоприятными из-за войны, а семья Стюарта эмигрировала в Новую Шотландию, в 1775 году он снова отправился в Англию. В скором времени он начал учиться у Бенджамина Уэста, и уже в 1777 году выставлялся в Королевской Академии художеств.

В дальнейшем его карьера развивалась очень успешно, не в последнюю очередь благодаря успеху картины «Конькобежец», и в какой-то момент цены на картины Стюарта превысили цены на полотна самых известных английских художников, включая Томаса Гейнсборо и Джошуа Рейнольдса. Тем не менее, Стюарт был крайне беспечен в отношении денег, и однажды чуть было не был отправлен в долговую тюрьму. В 1787 году он бежал в Дублин, а в 1793 году вернулся в США, поселившись в Нью-Йорке.

В 1795 году он переехал в пригород Филадельфии, где открыл мастерскую. Там он не только мог заниматься живописью, но и имел возможность познакомиться с многими знаменитостями. Так, Стюарт выполнил несколько портретов Джорджа Вашингтона, в том числе самый знаменитый, неоконченный «The Athenaeum». Позже этот портрет был использован для создания портрета Вашингтона на долларовой купюре. При жизни Стюарт снял с него 130 копий. Известен также портрет испанского посла в США Хосефа Хауденеса, заказанный им Стюарту по случаю своей свадьбы с американкой.

В 1803 году Стюарт открыл ателье в Вашингтоне, а в 1805 году в связи с финансовыми трудностями переехал в Бостон. В 1824 году он перенёс удар, оставивший его до конца жизни частично парализованным. Тем не менее, он продолжал писать картины и в последние два года жизни.

Стюарт умер в Бостоне в возрасте 72 лет. Из-за долгов его жена и дочери не смогли купить ему место на кладбище, и Стюарт был похоронен в Бостон Коммон в общей могиле. Через десять лет семья оправилась от финансовых потрясений и планировала перенести останки художника в Ньюпорт, но не смогла идентифицировать их.

В настоящее время Гилберт Стюарт является общепризнанной основополагающей фигурой американской живописи. Дом, где он родился, сохранился и в 1930 году был превращён в музей. Его картины находятся в коллекциях самых престижных музеев США. Портрет жены чрезвычайного посланника и полномочного министра Российской империи в США А. Я. Дашкова Евгении Иосифовны (урождённой баронессы Прейссер) хранится в Государственном Эрмитаже.

Художник первым в американской станковой живописи запечатлел шахматную партию (между двумя дочерьми крупного плантатора и активного деятеля Войны за независимость Роберта Морриса) на картине «Портрет мисс Хетти и Мэри Моррис» (1795).

Это часть статьи Википедии, используемая под лицензией CC-BY-SA. Полный текст статьи здесь →


ещё …

Френк и Лилия Гилберт, их исследования по организации труда

Гилбреты рассматривали  отдельно так называемую «избыточную» (являющуюся следствием совершения действий, не являющихся необходимыми) и «необходимую» (т. с. возникающую при выполнении действий, необходимых для достижения поставленной цели) усталость. По их мнению, ключом к минимизации усталости  является изучение трудовых движений и внедрение оптимальных методов  работы. Так, «избыточная» усталость (вызванная подъемом и переноской тяжестей) может быть практически  сведена на нет путем рациональной организации рабочего места, «необходимая» же усталость может быть минимизирована благодаря внедрению передовых  методов производства и обеспечению  потребных для отдыха перерывов  в работе.

Другими предлагавшимися  Гилбретами средствами снижения усталости  были сокращение продолжительности  рабочего дня и введение оплачиваемых отпусков.

Первая леди менеджмента 

Сотрудничество супругов трагически оборвалось в 1924 г. За три  дня до отъезда на конференции  в Англию и Чехословакию Фрэнк  Гилбрет умер в телефонной будке  в то время, когда он звонил Лилиан, чтобы сообщить ей об «идее, которая  появилась у него относительно экономии трудовых движений при упаковке мыльных  хлопьев в фирме Lever Brothers».

После смерти мужа Л. Гилбрет  осталась с одиннадцатью детьми (один их ребенок умер) в возрасте от 2 до 19 лет. Демонстрируя свой несгибаемый  характер, она собрала свою семью  и обратилась к ней с такими словами:

«Завтра я отправляюсь  на пароходе, на котором собирался  плыть ваш отец. У него уже  были билеты. Я собираюсь выступить  с его докладами в Лондоне  и Праге. Я считаю, что ваш  отец одобрил бы мое решение».

Ей не потребовалось много  времени, чтобы переориентировать  направление своих усилий. Университет  Пардье, в котором по совместительству преподавал ее муж, пригласил Лилиан продолжить его деятельность. Она  читала его курс лекций до 1935 г., когда  получила должность профессора менеджмента, которую занимала вплоть до 1948 г.

Однако ее деятельность не ограничивалась преподаванием. Л. Гилбрет  использовала науку о движении для  анализа домашней работы, причем занималась этой темой около двадцати лет. Результаты ее исследований время от времени  печатались в таких популярных периодических  изданиях, как «Good Housekeeping» и «Better Homes and Gardens», а также были опубликованы в виде двух отдельных брошюр «Создатель  дома и его работа» и «Менеджмент в домашнем хозяйстве». Помимо преподавания в Университете Пардье она работала в нем консультантом по проблемам  ведения домашнего хозяйства  и благодаря этой деятельности оказала  значительное влияние на развитие сети курсов домоводства по всей стране.

Развивая идеи мужа о реабилитации раненых солдат, Лилиан Гилбрет использовала методы науки о движении для разработки оборудования и специальных процедур, облегчающих ведение домашнего  хозяйства для инвалидов. Полученные результаты были изложены в книге «Нормальная жизнь для инвалидов», написанной в соавторстве с Эдной Йост.

Л. Гилбрет была чрезвычайно  энергичным и общительным человеком, охотно принимавшим предложения  поработать там, где были нужны ее знания и опыт. В 1930 г. она стала  членом Чрезвычайного президентского комитета по пособиям для безработных, во время войны была советником по образованию, а в 1951 г. была введена  в состав Консультативной комиссии по гражданской обороне. Она находила время, чтобы помогать движению девочек-скаутов  Америки и различным 

организациям инвалидов, а также церквам и  библиотекам в своем округе.

Лилиан Гилбрет продолжала исследовательскую деятельность и  после того, как ей исполнилось 70 лет, а в восьмидесятилетнем возрасте она все еще выступала с  лекциями и писала статьи. На нее  обрушился шквал наград. Она получила свыше двадцати почетных званий и  специальных адресов от различных  профессиональных ассоциаций. Нередко  ее называли «Первой леди менеджмента».

Интерес Ф. и Л. Гилбрет  к научным методам управления отражал лишь часть их общего представления  о необходимости более 

полноценной  жизни людей.

«Наука о движении» не использовалась в управлении  производством в том объеме, в  каком бы этого хотелось Ф.  и Л. Гилбрет. Неправильно понятая  многими, она нередко рассматривалась  как средство контроля над  каждым движением рабочего. Сражения  между трудом и капиталом растянулись  на несколько десятилетий (1920-1940-е  гг.) после начала использования  «научных методов управления» и попыток измерить и нормировать  производительность труда рабочих,  что порождало обвинения со  стороны профсоюзов в использовании  «несправедливой практики трудовых  отношений» и в негуманном  отношении к работникам. Возможно, частичную ответственность за  это несет и чета Гилбретов.  Определенная как поиск «единственного  наилучшего способа», их деятельность  могла быть интерпретирована  как стремление к роботизации  рабочих за счет ограничения  их действий последовательностью  необходимых для выполнения 

задания  операций. Нельзя также отрицать  и того, что специализация и  более короткие трудовые операции  приводят к деквалификации рабочих.  В определенной степени это  признавал и сам Ф. Гилбрет,  заявляя, что в любом случае  его метод не должен причинять  рабочим никаких неприятностей. Более либеральный в своих взглядах, чем Ф. Тейлор, Ф. Гилбрет, тем не менее, в своих трудах рассматривает рабочего просто в качестве статического фактора.

Изобретения Гилбрета Ф.

Гилбрет начинал свою карьеру  простым рабочим, что, несомненно, повлияло на его представление об управлении организацией.

Основываясь на полученной информации, супруги изменяли рабочие операции, чтобы устранить лишние, движения и, используя стандартные 

процедуры  и оборудование, стремились повысить эффективность работы. Ф. Гилбрет  установил точное положение, которое  каждая из ног каменщика должна занимать по отношению к возводимой стене, шайке с цементом и куче кирпичей, и освободил его, таким образом, от необходимости делать шаг или  два шага по направлению к куче кирпичей и обратно каждый раз, как  он укладывает один кирпич.

Гилбрет научил своих рабочих  брать кирпич левой рукой и  в то же самое время доставать  цемент правой рукой. Эта работа одновременно обеими руками стала, конечно, возможной  лишь при замене глубокой шайкой прежнего неглубокого ящика для цемента, в котором раствор был расположен таким тонким слоем, что приходилось  делать шаг или два для того, чтобы достать его; и, далее, это  потребовало расположения шайки  с раствором и стопки кирпичей в непосредственной близости друг к  другу и на надлежащей высоте на передвижной платформе. Гилбрет  выяснил наиболее удобную высоту для шайки с цементом и кучи кирпичей и вычертил на основании  этого план передвижной платформы  с поставленным на нее столом, на котором расположены под рукой  у рабочего все необходимые ему  материалы. Такие платформы устанавливаются, по мере того, как стена растет вверх, для всех отдельных каменщиков специально предназначенным для этой цели рабочим, т.е. каменщик освобождается от необходимости  нагибаться до уровня своих ног за каждым кирпичом и за каждой лопаткой цемента, а затем выпрямляться вновь. При дальнейшем изучении вопроса  было установлено, что после выгрузки кирпича из телег и перед тем, как доставить его каменщикам, должна производиться тщательная сортировка его специальным рабочим. После  этого, кирпичи кладутся своей наиболее гладкой поверхностью на деревянную доску. Каменщик избавляется от необходимости  поворачивать кирпич перед глазами, чтобы рассмотреть его перед  тем, как уложить. Он сберегает тем  самым время, затрачиваемое им на решение, каким краем и каким  концом лучше всего положить кирпич и сберегает время, затрачиваемое  на то, чтобы доставать отдельные  кирпичи из беспорядочной кучи, лежащей  на лесах. Упорядоченные «стопки» кирпичей (доски с кирпичами) устанавливаются  подручным рабочим в надлежащем положении на передвижной платформе  в непосредственной близости к шайке  с раствором цемента.

Каменщики по несколько раз  постукивают по каждому кирпичу, положив его предварительно на цемент, концом ручки кельма для того, чтобы  установить надлежащую толщину цементной  прослойки. Гилбрет выяснил, что  путем соответствующего регулирования  густоты раствора кирпичи могут  быть легко укладываемы, путем простого надавливания вниз рукой. Он добился  того, что его месильщики цемента  обращали внимание на установление надлежащей густоты раствора и, таким образом  сберегали время, затрачиваемое  каменщиком на прилаживание кирпича, путем  постукивания по нему.

Гилбрет, при возведении большого кирпичного здания, которым он руководил, показал в крупном коммерческом масштабе те выгоды, которые могут  быть реализованы при практическом применении его научных исследований. С рабочими-каменщиками, при возведении фабричной стены он достиг производительности в 350 кирпичей на человека в час. В то же время каменщики других организаций в данном районе страны укладывали за час 120 кирпичей на человека. Каменщиков обучал новым методам кладки кирпичей их надсмотрщик. Те, кому это обучение не приносило никакой пользы, были увольняемы, а каждый рабочий, который обнаруживал повышение производительности, в результате применения новых методов, получал значительную (отнюдь не маленькую) прибавку к своей плате. В целях побуждения каждого из своих работников к максимальной производительности, Гилбрет выработал также метод для измерения и учета числа кирпичей, укладываемого каждым отдельным рабочим, и для сообщения этому рабочему через частые промежутки времени, сколько кирпичей он успел уложить.

Кроме того, Ф. Гилбрет, так  же как и провел исследования с  переброской сыпучих материалов лопатами. Он установил, что нецелесообразно  перебрасывать разные материалы  одной и той же лопатой. При  переброске легкого материала лопата будет загребать слишком мало, и труд рабочего окажется малопроизводительным, несмотря на затраченные усилия. При  переброске же тяжелого материала лопата будет захватывать его слишком  много, и работа окажется чересчур утомительной для рабочего. Гилбрет определил  формы и размеры различных  лопат, пригодных для переброски разнообразных материалов. Выбирая  лопату в соответствии с весом  и объемом перебрасываемых материалов, рабочий мог выполнить запланированную  работу с меньшими усилиями при наибольшей производительности труда.

В своей строительной фирме  Ф. Гилбрет ввел жесткий набор  письменных правил по кирпичной кладке и бетонным работам, а также по взаимоотношениям работников с конторой фирмы. «Все работники должны следовать  этим правилам до последней буквы, пока они не получили письменного разрешения об отмене определенных правил». Рационализация и нормализация, считал Гилбрет, касаются не только движений, но и освещения, отопления, одежды, отдыха, приема пищи, развлечений, мебели, используемого  инструмента.

Супруги Ф. Гилбрет (1868-1924) и  Л. Гилбрет (1878-1972) результаты своих  изысканий изложили в книгах «Изучение движений» (1911) и «Психология управления» (1916). В этих трудах подчеркивалась важность связи между наукой управления и  данными социологических и психологических  исследований. Лилиан также с юмором описала свои попытки организовать повседневный быт семьи, в которой  насчитывалось двенадцать детей, в  книге «Cheaper by the Dozen». В 1984 г. Почтовое управление США увековечило ее вклад  в бизнес и литературу.

Супруги Ф. и Л. Гилбрет  были пионерами научного управления. Они работали вместе над изучением  утомляемости рабочего и его двигательной активности, а также над путями улучшения общего состояния отдельного рабочего. Ф. Гилбрет, который начинал  свой трудовой путь в качестве каменщика, начал изучать и фиксировать  на кинопленке отдельные движения каменщика. Согласно теории Ф. Гилбрета, движение и усталость прямо соотносятся. Когда ненужное движение устраняли  из действий рабочего, определенная сумма  усталости также снижалась. Это  не только делало труд рабочего более  эффективным, но и отражалось на его  общем состоянии. В результате изучения труда каменщиков Ф. Гилбрет снизил с шестнадцати до восьми число  основных движений, которых требовала  эта работа.

План продвижения для  рабочих 

Помимо исследования двигательной активности, Гилбреты уделяли большое  внимание изучению организации рабочего места как целого. Они разработали  план продвижения для рабочих, который  включал три части:

рабочий сделал свою работу;

рабочий обучил своего последователя;

рабочий приобрел новые навыки и подготовил себя для продвижения  к более сложной работе.

Как первая женщина, написавшая тезисы по психологии на степень доктора  философии в США, Л. Гилбрет отметила большое значение человеческого  фактора на рабочем месте. Ее работа акцентировала внимание на том, что  сегодня известно как человеческий ресурс управления (Human factor). Особое внимание она сосредоточила на научном  отборе, обучении и распределении  служащих.

Гилбреты помогли создать  мост между точным научным управлением (изучение времени, изучение движения и квоты производительности) и  научным управлением персоналом.

Заключение 

Супруги Френк и Лилия  Гилберт анализировали в основном физическую работу в производственных процессах, т.е. «изучение движений» с использованием измерительных  методов и приборов. Л. Гилберт  положила начало области управления, которая теперь называется «управление кадрами». Она исследовала такие  вопросы, как подбор, расстановка  и подготовка. Научное управление не пренебрегало человеческим фактором.

Уинант Джон Гилберт

Джон Гилберт Уинант

Уинант (Winant) Джон Гилберт (23.2.1889, Нью-Йорк -3.11.1947), американский дипломат. Образование получил в Принстонском университете. С 1913 преподаватель истории в школе Св. Павла. Активно участвовал в работе Республиканской партии. В 1917-18 и 1923-24 член палаты представителей штата Нью-Хэмпшир. В составе Американских экспедиционных сил в Европе участвовал в военных операциях во время 1-й мировой войны. В 1921-22 член сената, с 1922 -палаты представителей штата Нью-Хэмпшир. В 1925-27 и 1931-35 губернатор Нью-Хэмпшира. С 1935 помощник директора Международной организации труда в Женеве. В 1941 сменил Дж. Кеннеди на посту посла США в Великобритании. Убежденный сторонник укрепления англо-американского сотрудничества. В Лондоне У. установил тесные личные отношения со многими влиятельными британскими политиками. Пользовался большой популярностью у жителей Англии. Вместе с Г. Хопкинсом был одним из организаторов поставок в Великобританию по ленд-лизу. Отвечал за поездку Э. Рузвельт (супруги президента США) в Великобританию (1942). Участвовал в подготовке конференции министров иностранных дел в Москве (1943), после которой вошел в качестве представителя США в состав Европейской совещательной комиссии. Принимая участие в работе межсоюзнических конференций в Касабланке и Тегеране. Присутствовал на 1-м заседании ООН в качестве представителя США. В марте 1946 отозван из Лондона. Покончил жизнь самоубийством.

Залесский К.А. Кто был кто во второй мировой войне. Союзники СССР. М., 2004


Далее читайте:

Исторические лица США (указатель имен).

Президенты США (указатель имен).

США в ХХ веке (хронологическая таблица).

Вторая мировая война 1939-1945 гг. (хронологическая таблица).

Сокращения (в том числе краткая расшифровка аббревиатур).

 

 

Элизабет Гилберт признаёт свои ошибки прошлого

Подобно группе «Спайнл тап» («Spinal Tap» – пародийная музыкальная группа 1980-х, высмеивающая стиль хэви мэтал – прим. пер.), Элизабет Гилберт превышает все возможные пределы. Будь то глубина отчаяния в «Есть, молиться, любить» , степень активности исследования в её прозе либо степень откровенности, с какой она делится подробностями из своей жизни со своими неистовыми фанатами, романтическими или не очень – она живёт на полную катушку.

У Гилберт, что называется, двухвекторная карьера, переключающаяся от бережно создаваемой прозы к творческим эссе-исповедям. Последнее, что неудивительно, сделало её гуру для тысяч женщин, жаждущих таких же преобразований, как самопознание и насыщенная жизнь. После смерти супруги Райи Элиас Гилберт написала новый роман «Город девушек» (City of Gilrs), действие которого разворачивается в Нью-Йорке 1940-х. Роман повествует о приключениях привилегированных дам, ошибках по вине упрямства и о воспитании самопознания. Он беспорядочный и красочный, с героями, выстреливающими репликами, достойными фильмов Ховарда Хоука (голливудский сценарист и режиссёр таких фильмов, как «Дорога к славе» и «Джентльмены предпочитают блондинок» – прим. пер.). Я побеседовала с Элизабет о её книгах, творчестве и том, что же это значит, быть Элизабет Гилберт. Данное интервью было отредактировано и сжато для ясности.

Лиззи О`Лири: Новая книга описывает очень самобытный и обособленный мир, напоминающий театральную сцену, трещащую по швам перед Второй мировой войной, с наивной самовлюблённой женщиной на ней. Какая искорка разожгла данную идею?

Элизабет Гилберт: Пара вещей. Я всегда чувствую, как витает множество искорок, которые затем соединяются в одно. А затем вы достаёте спичку, которая, если повезёт, разжигает факел. О некоторых таких искорках я могу вам рассказать. Во-первых, я наткнулась на книгу с эссе Александра Вулкотта, которой больше нет в печати. Александр Вулкотт был, разумеется, одним из членов Алгонкуинского круглого стола (Algonquin Round Table – клуб нью-йоркских писателей, критиков и актёров – прим. пер.), критиком и колумнистом журнала «Нью-Йоркер». В своё время он был очень известным, но совершенно забыт сегодня.

Это было собрание, включавшее в себя обзоры о театральных актрисах, приезжавших в Нью-Йорк для работы в разных постановках, написанные им в 1930-х и 40-х годах. Было что-то невообразимо гламурное в мире, который он описывал: послеобеденная прогулка в Шерри-Нэзерлэнд (известный отель, расположенный рядом с Центральным парком в Нью-Йорке – прим. пер.), посиделки с великой драматической актрисой Катарин Корнэлл, разговоры о её будущей роли Леди Макбет. И я подумала: я хочу попасть в этот мир.

По большому счёту, в течение многих лет я хотела написать роман о распутных девицах, чьи жизни не порушились от опрометчивого выбора, который они так часто делали. И мне кажется, что такую книгу в западной культуре найти непросто, потому что девушки всё время оказываются жестоко наказаны за своё безрассудство. Я хотела написать книгу о девушках, не о тех, кому всё сходит с рук, или тех, у кого секс без последствий, но о тех, кто справился с последствиями; книгу о женских сексуальных желаниях и о том, насколько они могут быть примитивными и беспорядочными.

О`Лири: Кажется, я и не подозревала, что в 1940-х было столько беспорядочного секса. Расскажите мне об этой части исследования.

Гилберт: Ну, мне повезло заполучить первоисточник. Я тоже задумывалась об этом по мере написания. Я думала: «Как такое было возможно?» Наше представление о том, что секс действительно существовал, настолько наивно. Люди, у которых было много секса, были во все времена. Всегда была какая-нибудь девушка, приезжавшая в Нью-Йорк испытать свои силы и узнать границы своей красоты и обаяния. Такая девушка приехала в Нью-Йорк вчера, она приезжала сюда в 1920-х, она была здесь и в 1890-м. Мир театра и развлечений магнитом притягивает таких девушек. Взглянув на историю, можно понять, чем занимались люди, судя по тому, что им запрещалось правилами, а также по записям здравоохранения о распространении венерических заболеваний и о том, как люди делали аборт в те времена. Но самым лучшим моим источником стала женщина 90 лет по имени Норма. Тогда она была актрисой и танцовщицей в клубе «Аист» (Stork club). Она была подружкой Джона Уэйна (звезда вестернов – прим. пер.). Она очень откровенно рассказала мне о пяти абортах, которые пережила за свою жизнь – это то, о чём она говорила без какого-либо сожаления или раскаяния, – о дюжинах любовников, которые у неё были, различных венерических заболеваниях, которыми она болела, о том, как Милтон Бэрли (актёр, первая телевизионная суперзвезда – прим. пер.) купил ей машину.

Основной целью её жизни стало исследование чувственности. Она никогда не была замужем, у неё никогда не было детей. Она до сих пор живёт в квартире, в которую переехала в 1952 году. А когда я спросила, сожалела ли она когда-нибудь, что так и не вышла замуж и не завела детей, она просто закатила глаза и сказала: «Кто, чёрт возьми, захочет заниматься сексом с одним и тем же парнем в течение 60-ти лет?» Только вместо «заниматься сексом» она употребила слово покрепче.

О`Лири: Действие в большинстве своём разворачивается в «Театре лилий», где присутствует некое противостояние между необходимостью удовлетворить запросы округи, состоящей из рабочего класса, и созданием грандиозного шоу. И мне стало интересно, как часто вы задумываетесь о своей пылкой аудитории и о том, что она от вас ждёт.

Гилберт: Думаю, вы имеете в виду Тётушку Пэг из книги, тётю главной героини, которая заправляет захудалым, разваливающимся театром бурлеска в Мидтауне. Он расположен достаточно далеко от ярких огней Бродвея, чтобы не быть гламурным, и достаточно близко к Десятой Авеню, чтобы развлекать людей рабочего класса из Адовой Кухни. Тётушка Пэг точно так же развлекала солдат во время Первой мировой войны. Пережив войну, она пришла к выводу, что люди испытывают огромный стресс и боль, и им необходимо отвлечься, и она тут как раз для этого.

То есть моя книга тоже что-то вроде развлечения для дня сегодняшнего, который не очень-то отличается от того, как люди себя чувствовали в 1940-х. На данный момент над мировым хаосом висит огромное облако ужаса. Я не знаю никого, кто не страдал бы от стресса, тревожности или депрессии. И то, что я хотела бы предложить в этот самый момент, это книгу, которая, словно поднос с коктейлями из шампанского, позволила бы вам немного развеяться.

Когда я писала «Происхождение всех вещей» , например, я очень хотела написать значительный, серьёзный, эпический и интеллектуальный роман. Я знала, что из-за этого растеряю многих своих читателей, но я была не против. Я чувствую, что мы с читателем друг другу ничего не должны.

О`Лири: Правда? Но они же покупают ваши книги.

Гилберт: Но их не обязывают это делать. И причина, по которой я это знаю, в том, что частенько они этого не делают. Они скупили миллионными тиражами «Есть, молиться, любить», но приобрели всего несколько дюжин «Законного брака» , книгу, которая вышла вслед за «Есть, молиться, любить», потому что они её не хотели. Я бы не смогла их заставить, даже если бы попыталась. В свою очередь, я испытываю огромную любовь к читателям и к той интимной связи, что существует между нами, но я также не считаю, что что-то им должна. Я должна творить то, что хочу творить, и я буду рада, если они захотят ко мне при этом присоединиться.

О`Лири: Я бы хотела задать вам вопрос о выездной встрече «Смелое волшебство», которое вы организовали вместе с Шерил Стрэйд. В газете «Хаффингтон пост» вышла статья писательницы Лоры Кэткэрт Роббинс, о том, что она была единственной чёрной женщиной на этой встрече. Вы читали её?

Гилберт: Да, я её прочитала. И я очень рада, что она её написала. Это было важно и содержательно. Это также стало для меня встряской.

О`Лири: Почему?

Гилберт: Потому что… Боже. Существует предел, который я не хотела бы превышать, когда говорю об этом, и это только потому, что, по моему мнению, нет большой необходимости в том, чтобы белые люди говорили о своих привилегиях. Но то, что я скажу наверняка, так это то, что это изменило то, как я теперь работаю. Там была неоднозначная ситуация, потому что регистрация на мероприятие была открыта для всех. Мы выделили определённое число стипендиальных билетов, и нуждающиеся люди могли подать на них заявку. Это было в Северной Калифорнии, где население очень белое, в Рэдвудс с очень белым населением. Наши читатели очень белые.

Прозвучит как-то не очень, если я скажу, что чёрные женщины должны любить моё творчество. Но меня расстроила та же самая причина, по которой расстроилась та женщина. И очень хорошо, что она об этом написала. Я разговаривала со своим агентом, ответственным за подобные мероприятия, и с людьми, с которыми я организовываю данные мероприятия, о том, как можно исправить ситуацию. И в основном это зависит от местоположения мероприятия. Например, что если вместо долины Напа я поеду в Джэксон, Миссисипи, и проведу встречу перед иной публикой?

В прошлом году я также бесплатно проводила точно такие же встречи для некоммерческих организаций. Как-то тоже не совсем правильно предполагать, что чёрных женщин нет среди аудитории из-за высоких цен.

Я пытаюсь создавать такие мероприятия, где центр внимания переместится с меня на кого-то, кто таким вниманием не обладает, и таким образом создать разнообразие не только в аудитории, но и на сцене. Всё это направлено на исправление ситуации, где не всё идеально. Но то, что она сказала, должно было быть озвучено.

О`Лири: Я заметила, что в своих работах и размышлениях о жизни вы трактуете такие понятия, как Идея и Горе, как нечто, что нужно рассматривать с заглавной буквы, будто это понятия, существующие сами по себе и необязательно принадлежащие лично вам. Можете объяснить данную концепцию?

Гилберт: Моё общее мировоззрение скорее языческое, так проще всего это объяснить. Я думаю, что всё вокруг одушевлённое и обладает разумом и волей. И я не считаю, что это метафора. Когда я говорю, что у идеи есть разум и воля, она – идея – приходит, завладевает твоим вниманием и как бы использует тебя, почти как паразит, ради того чтобы воплотить себя в жизнь. И кажется, что работу сделать легче… Ты будто немного срываешься с крючка. Я как будто могу прыгать ещё выше, потому что верю, что очень многое в жизни – тайна, и не всё зависит от меня.

О`Лири: Вы употребили фразу «сорваться с крючка». Я вот думаю, а есть ли вероятность, что, исходя из такой философии всего воодушевлённого, можно уклониться от ответственности за чьи-то чувства и опыт? Такая философия позволяет вам катиться по жизни, не задумываясь о последствиях и о том, как они влияют на жизнь других людей?

Гилберт: Я не думаю, что сама жизнь тебе это позволит. Думаю, когда ты непорядочный, то очень скоро это поймёшь, потому что всё будет вот как: тебя обидят или ты кого-то обидишь, и последствия польются на виновника дождём, и виновник поймёт, за что. То есть здесь срабатывает некий саморегулирующийся механизм. А ещё я думаю, что питаю глубочайшее уважение к творческой деятельности как таковой и к привилегии взаимодействия с ней, что мне дана. Поэтому ответственность, которую я чувствую, заключается в том, чтобы показать себя с самой лучшей стороны, какая только возможна. Вот как я остаюсь ответственной.

О`Лири: Книга также обыгрывает идею о том, что нужно быть человеком чести и не отворачиваться от своих ошибок. Я снова перечитала ваш очерк о вашей зависимости соблазнения. Вы до сих пор считаете себя такой?

Гилберт: Нет. Я не занимаюсь тем, чем занималась раньше. Не думаю, что написала бы статью и рассказала бы о себе такое, если бы до сих пор вела себя как раньше.

О`Лири: Вы влюбчивы.

Гилберт: Да, но между соблазнением и влюбчивостью есть разница… Я часто влюбляюсь, слава богу. Я часто отдаю себя без остатка окружающему миру. Но я веду себя честно, и считаю, что зависимость основывается на лицемерии и лжи, чем я больше не могу заниматься. По крайней мере до того недолгого времени, пока не начинаю чувствовать много боли. Вот в чём основная разница, по-моему.

О`Лири: Как вы решаете, чем делиться, а что оставить приватным? Вы делитесь очень многими мыслями и переживаниями.

Гилберт: Какого-то особого инструмента, кроме интуиции, у меня нет. Собственно, у меня и правил-то нет на этот счёт. Я и не знаю, как их устанавливать. У меня нет менеджера социальных сетей. И я никогда не разговаривала с экспертами о том, как поступать. Я просто делюсь мыслями, когда готова ими поделиться. И я даже не могу подумать, чтобы сказать вам, будто пользуюсь какой-то калькуляцией, кроме той, когда решаю, что настало время.

О`Лири: Я перечитывала «Есть, молиться, любить» и задумалась, а не кажется ли вам, что это книга для людей в их тридцать с чем-то лет, время, когда от тридцати до сорока мы решаем, кем хотим быть на самом деле и добиваемся этого, а в сорок с чем-то мы думаем: «О, спина болит, и мне всё равно, что думают обо мне другие».

Гилберт: Я десять лет не читала этот роман, а когда наступил десятилетний юбилей выхода книги, мой издатель попросил меня написать предисловие к ней. И я подумала, пожалуй, мне нужно перечитать его, прежде чем напишу предисловие.

Не знаю, является ли эта книга для женщин в их тридцать с чем-то, но она определённо написана женщиной в её тридцать с чем-то. Я была поражена тем, сколько стыда было в этой книге, насколько извиняющимся был мой тон рассказчика, извиняющимся за себя, за то, как мне стыдно, что хочу отправиться в духовное путешествие. Я много раз как бы бросаю саму себя под автобус в этой книге. Там есть абзац, который так меня поразил и от которого мне даже стало грустно. Это там, где я была в Италии. Я ем замечательную еду и чувствую себя хорошо. И я пишу о том, как впервые за три года я действительно чувствую себя хорошо. А потом я сказала что-то вроде: «Я знаю, что в конце концов я остепенюсь и стану ответственным, продуктивным взрослым человеком, вносящим свой вклад. Обещаю, я стану такой, но хоть немного можно я поживу вот так?»

Полагаю, эта уязвимость 34-летней женщины, которая говорит, «нормальная жизнь, я пробовала ею жить… я пойду, сделаю это, но клянусь, это всего лишь на год, и я снова остепенюсь и снова стану нормальной», со мной не сработала. Это та уязвимость, какой у меня больше нет. Это обещание, которое я больше никому не дам.

Совместный проект Клуба Лингвопанд и редакции ЛЛ

Маленькая кухня: неслучайное женское изобретение

Есть мнение, что появлению маленьких кухонь мы обязаны мужчинам. А что, вполне логично: в готовке они разбираются мало, а вот по части экономии места и денег – это всегда пожалуйста. Так что для многих будет удивлением, что маленькая кухня появились благодаря женщине. Случилось это в конце XIX – начале XX века: именно тогда была издана книга Катарины Бичер «Дом американской женщины», а также произошли другие события, которые дали много всего для наших домов.

Кухонная революция

Долгое время кухни были местом, где с раннего утра до позднего вечера трудились сотни тысяч домохозяек. Но главное, эти помещения делались огромными, поэтому готовка требовала много сил. Американская писательница и педагог Катарина Бичер, известная своим откровенным мнением о женском образовании, первой заговорила о маленькой кухне как о спасении. В своей книге, написанной в соавторстве с сестрой, Катарина подробно описывает компактный камбуз на корабле и даёт 100 советов женщинам.

Маленькая кухня, где всё необходимое «под рукой», стала настоящей сенсацией! Небольшое помещение хорошо освещается и проветривается. Громоздкая печь спрятана в отдельном пространстве за раздвижными дверками, мойки и рабочие столы располагаются максимально удобно, а утварь и продукты находятся на постоянном месте. Ничего общего с прежней кухней, где центр занимал большущий стол, на котором одновременно нарезали салат, хранили запасы, и, не разбирая, ставили чистую и грязную посуду.

Фото Jean van der MeulenPexels

Появление первой эргономичной кухни

Автором первой кухни, сделанной по всем правилам эргономики, стала мать 12 детей, которая… совершенно не умела готовить! Это была американка Лилиан Гилберт. Будучи талантливым инженером, изобретателем и психологом, Лилиан полностью отдавалась работе, и на готовку не оставалось ни времени, ни сил.

Фото Charlotte MayPexels

Огромной поддержкой для неё был муж Фрэнк. Супруги Гилберты вместе занимались вопросами повышения производительности труда и рационального использования пространства на фабриках, и многие их открытия прижились на кухне:

– кухонное пространство разбито на три основные зоны: мойка, холодильник, плита;

– хозяйка двигается внутри рабочего пространства по кругу;

– расстояние между вытянутыми руками – диаметр круга;

– столик для сервировки стал на колёса;

– высота нижнего яруса соответствует росту хозяйки.

Эта гениальная женщина придумала много полезных вещей, которыми мы с удовольствием пользуемся. В их числе миксер, детский стул, мусорное ведро с педалью для открывания. Представляя свою эргономичную кухню на всемирной выставке 1933-34 года в Чикаго, Лилиан объявила, что кухня должна быть не только практичной, но и привлекательной, и вдохновлять на творчество.

39. Интересы династии, Господаревы отроки — фанфик по фэндому «Hetalia: Axis Powers»

      Тхал-шикуи прибыл ровно в полдень. Он был приглашен на чайную церемонию лично тхал-рурой, а потому прибыл в лучшем парадном убранстве и в сопровождении нескольких доверенных альф. Правитель Ио оказал ему радушный прием. Они расположились за низким столом, устроившись на тканом ковре, что покрывал бамбуковый пол. Вокруг них суетились расторопные, совсем еще юные омеги, в движениях которых воплотилась сама грация.       Как правило, служба при дворе правителя обеспечивала омегам наиболее выгодный брак ровно в тот момент, когда их собственные тела станут готовы для замужества. А приданное им обеспечивал лично тхал-рура, он же подбирал им альф из числа военной знати. Поэтому такая служба считалась крайне престижной и брали на нее только лучших мальчиков.       — Что-то важное произошло, дедушка?       Только своему тхал-шикуи правитель позволял называть себя дедушкой, для прочих же была обязанность соблюдать строжайшую субординацию. Таковы были традиции правящей династии Ио.       Когда-то, несколько сотен лет назад, право быть правящей династией оспаривали два великих рода — Ван и Хонда. Ван начинали свою историю в глубокой древности, развивали искусство, путешествовали по разным местам и вели архивы, а Хонда, изначально их побратимы, стали военизированной силой и попытались подчинить всех под своим началом. Грянула гражданская война, что обескровила весь остров, но в итоге был заключен союз. Хонда считались проигравшими, а потому они подчинились, а первый из династии Ван получил титул тхал-рура. Его сыновья взяли в супруги омег из Хонда, и с тех пор наступил мир.       Тхал-рура всегда знал, что Хонда недовольны этим миром.       Яо из династии Ван был вторым сыном-альфой своего отца, но именно ему в итоге достался трон. Решения тхал-руры неоспоримы. Ли, старший брат Яо, смирился, хоть и был крайне обижен. Он покинул столицу и поселился во дворце у самого побережья вместе со своим тхал-несу и никак не влиял на политику, а лишь воспитывал своих сыновей — альфу Шайнинга и бету Хонгки. Тао, младший брат правителя, напротив, всегда был при дворе и занимался всеми хозяйственными делами. Именно он был казначеем и смотрителем за церимониалом, именно он обеспечивал порядок во дворце. Яо был склонен ему доверять, тем более что Тао никогда ему не перечил и хорошо исполнял любые поручения.       Яо был женат на омеге благородного происхождения по имени Юи. Это был брак по расчету, который, однако, со временем стал чем-то особенным для них обоих. Они узнали друг друга получше и искренне полюбили, так что тхал-рура был счастлив со своими тхал-шуса несколько замечательных лет, вплоть до его трагичной смерти.       Юи родил ему двух альф и омегу, а потом, когда младшему сыну исполнилось пять, забеременел еще раз. Но эти роды в итоге забрали его жизнь. Промучившись два дня, тхал-шуса умер, дав жизнь омеге. Яо помнил, как ему было больно. Он держал на руках младенца и искренне плакал, пытаясь смириться с утратой.       Его сыновья — Веймин, Джеминг и Дэй, хорошо помнили то время. Они полюбили младшего брата, получившего имя покойного папы. Тхал-рура знал: давать новорожденному имя погибшего родственника — дурная примета, но все равно не смог поступить иначе.       Когда правитель овдовел, представители Хонда постарались стать ближе ко двору. Яо понимал это, но все равно молчал и не предпринимал никаких действий, убитый горем. Он отказался брать второго супруга и посвятил себя делам государства и детям.       Веймин был его гордостью, воистину любимым сыном. Яо никогда не скрывал своей привязанности и проводил с первенцем так много времени, как только мог, словно вовсе позабыв о Джеминге. Тем временем второй сын ревновал и пытался привлечь внимание отца, но сделал только хуже. Правитель объявил Веймина своим тхал-шикуи, наследником трона, женил его на родовитом омеге, потом устроил брак Дэя.       Оставшиеся нелюбимыми, Джеминг и Юи нашли утешение в компании друг друга. Братья, потерявшие всякую надежду на то, что отец начнет обращать на них внимание, отстранились от тхал-руры. А Яо ничего не мог с собой поделать. Младший сын напоминал ему о погибшем супруге, а эти воспоминания причиняли боль. Он понимал, что Юи не виноват, но полюбить сына так и не вышло. Джеминг же своими повадками напоминал Хонда и казался правителю слишком агрессивным.       А когда Джеминг посватался к омеге из Хонда и в дальнейшем женился, Яо лишь упрочнился в своих мыслях. Он не высказывался против такого брака, более того, омега по имени Риота оказался очень тихим, спокойным и покладистым, но он все равно был, по мнению Яо, носителем дурной крови. А потом и Юи изъявил желание связать себя узами брака с альфой из ненавистного рода — довольно известным воеводой Акихиро Хонда. И вновь тхал-рура был не против.       Для себя правитель решил, что оно и к лучшему. Ни Джеминг, ни Юи не были ему нужны. Однако спокойствие было не долгим.       У Веймина и его супруга долго не получалось завести наследника. Первый внук тхал-руры появился в семье Джеминга — альфа, получивший имя Изаму. Потом был Кацу, омега, а уже после Юи подарил своему супругу близнецов — Кохэку и Хироку. Рождение двойни, альфы и омеги, всегда считалось особым благословением. Яо начал переживать по поводу происходящего. Ведь если у Джеминга уже есть сыновья, при том, что сам он лишь второй сын правителя, он мог претендовать на титул тхал-шикуи. А Яо не хотел, чтобы это произошло.       И, казалось бы, все обошлось. Тхал-соки Веймина забеременел и родил сына-альфу, Кику. Это был пятый внук Яо, но первый внук, рождению которого он искренне радовался. Все видели, как он холоден к Изаму и Кацу и как он лелеет Кику. В день празднования рождения наследника Джеминг решился спросить прямо у отца, в чем же дело. И это было впервые, когда он сам решился поднять столь сложную для него тему. Яо же в присутствии всех тхал-чирудо и тхал-шиса признался, что от детей Джеминга и Юи несет духом Хонда, что ему все в них не мило, как из-за не слишком смуглой кожи и характерного грубого говорка, так и из-за характера и поведения этих детей. Понятное дело, Джеминг и Юи были оскорблены до глубины души подобным.       Они покинули дворец со своими супругами и детьми, а Яо осознал, что беды не миновать. Джеминг попытался поднять восстание. В ходе страшных событий погиб Веймин. Восстание было подавлено, но тхал-шикуи погиб, за его смерть в полной мере ответили Джеминг и Акихиро. Оба были казнены. Яо было вознамерился лишить жизни и Юи вместе с внуками, но его отговорил Дэй. Любимый сын-омега рыдал, упав ему в ноги, и молил не убивать невинных детей и его младшего брата.       В итоге тхал-рура отселил подальше от столицы Юи и тхал-несу Джеминга, а вот внуков оставил в пределах столицы. Изаму, Кацу и их младший брат Ичиро жили в Восточном замке. Старший сын Джеминга был женат, у него уже был сын, Кэзухико. Для Кацу уже стоило искать подходящего альфу. Омега был чудо как хорош собой. Множество раз его привозили во дворец, и Кацу играл на флейте, а правитель слушал и понимал, что этот ребенок все же вырос добрым, хоть и так похожим внешне на Хонда.       Сын Юи, Кохэку, находился в северной части столицы. И этот альфа воистину был настоящим Хонда. Яо не видел с его стороны агрессии, но понимал, что этого тхал-чирудо все кругом опасаются. Образованный, начитанный и прекрасно обращающийся с оружием, он мог стать достойным тхал-рура, но все понимали, что этому не бывать.       Как бы то ни было, поводов для радости у Яо было не мало. Он любил рожденных Дэйем Зихао и Юу, любил младшего сына-бету Веймина, но в особенности души не чаял в Кику.       — Пожалуй, что да, Кику. Ты ведь и сам знаешь, какая сейчас напряженная ситуация в стране.       Кику кивнул.       — Разумеется, дедушка.       Тхал-шикуи имел коротко стриженые черные волосы и такие же карие глаза, как у Веймина. Он был невысок, как и сам тхал-рура, всегда спокоен и тих, не любил говорить много, порой даже слишком тщательно все обдумывал. И этим он тоже пошел в отца.       — Фаландрия угрожает нашим границам. Передышка небольшая, новый король должен жениться. Он ищет союза на больших материках, а значит, и мы должны их искать.       Тхал-шикуи снова кивнул.       — Я согласен с этим.       — Если король найдет поддержку у Сватогора, это станет нашим крахом. А значит, необходимо заручиться поддержкой либо врага Сватогора, либо врага Фаландрии.       — У Сватогора нет столь явных врагов.       Тхал-рура обхватил пальцами пиалу с уже остывшим чаем.       — Верно. А вот у Фаландрии уже есть.       Кику нахмурился.       — Скандрия?       — Именно.       Об амбициях молодого короля Фаландрии Яо знал даже слишком хорошо. Он помнил этого альфу мальчишкой с единственной их встречи. Сейчас же ему перевалило за двадцать, не многим старше, чем тхал-шикуи. Он был большим любителем кораблестроения и много времени проводил на верфи, в компании товарищей-альф и младшего брата. При жизни своего отца этот юнец не смел и думать о том, чтобы пойти войной на Ио, но теперь старика не стало.       Первое, что сделал король, получив корону — отправил сватов в Элирию, чтобы заполучить себе господарина. Это был отличный ход с его стороны, тем более что он получил согласие. Только и оставалось, что забрать благородного омегу, сыграть свадьбу и договариваться с господарем Элирии о совместной военной кампании.       Но в дело вмешался другой молодой король. Скандрия захватила столицу Элирии, забрала как жизнь господаря, так и честь господарина. Этот провал сильно сказался на Фаландрии. Слишком явный провал дипломатии, как ни глянь.       — Если мои сведения верны, — продолжил тхал-рура, — а они, безусловно, верны, то уже в скором времени к нам придут новости из Скандрии. Молодой король выдает замуж своего брата, принца. Судя по всему, этот альфа испытывает к брату теплые чувства, а потому решил позволить ему лично выбирать себе супруга.       Кику задумчиво повел головой.       — Тот, кто получит принца, получит и поддержку Скандрии, — подытожил он. — Но король Фаландрии никогда не пойдет на подобное, потому что правитель Скандрии лишил его бесчестным путем жениха.       Яо отпил чаю и поставил пиалу на стол.       — А император Сватогора может предложить либо законнорожденного сына, лишенного возможности занять престол, либо сыновей своих вассалов. Насколько я знаю, подходящих по возрасту альф там мало. Сыновья князя Нордена вряд ли придутся принцу по нраву. Так что шансов больше в этом мероприятии именно у нас.       Тхал-шикуи все понял.       — Вы отправите в Скандрию тхал-чирудо, верно?       Правитель кивнул.       — И тебя в их числе, Кику. У тебя преимущество перед остальными. Тадао и Ичиро слишком юны, а Изаму и Кохэку, хвала Прародителю, уже женаты. Тем более, что твой титул ставит тебя выше любого тхал-чирудо. А потому я хочу, чтобы именно ты получил принца Скандрии в супруги. Безусловно, нам повезет, если принц выберет любого из тхал-чирудо и вступит в нашу династию, но ты должен понимать, мой мальчик, — Яо уставился на внука серьезным взглядом, — получивший принца получит и титул. Если выбор падет на Ичиро, он сможет претендовать на твой титул. Нельзя допустить, чтобы это произошло.       Кику отвел взгляд.       — Я понимаю, дедушка. Однако, нам ведь важнее именно заполучить принца в династию, верно?       Тхал-рура кивнул.       — Верно. Это даст нам много возможностей. Король Фаландрии будет нам не страшен.       Расторопные омеги тут же поменяли пиалы, налив теплый чай, и принесли новых сладостей. Кику был задумчив, как и обычно, а Яо решил дать ему время, дабы вывести стратегию. К их общей неожиданности дверь открылась.       — Мой лучезарный господин, — сказал хранитель покоев, — прибыл тхал-чирудо Кохэку, просить принять по важному делу.       Яо напрягся.       — Какая нелегкая его принесла… — у тхал-руры не было враждебных отношений с этим внуком, но мужчина помнил о том, что Кохэку провел много времени с Юи, а тот не мог не настраивать сына против деда. — Пусть войдет.       Яо посмотрел на Кику, а тот сохранил спокойствие. Тхал-шикуи изначально был выше по рангу, чем тхал-чирудо, так что даже его родной брат, бета Фенг, и тот чаще контактировал с Кохэку и даже гостил в его замке, как и другие двоюродные братья.       Тем временем хранитель покоев пропустил тхал-чирудо. Кохэку пересек порог, почтительно поклонился и приблизился на два шага, все строго по правилам этикета. Яо окинул внука взглядом. Чертами лица Кохэку был похож на Кику, однако был значительно бледнее, как и все Хонда, и ростом значительно выше. Этим он пошел в своего отца, Акихиро. Тхал-рура помнил этого могучего воина, что мог убить сразу несколько врагов одним лишь ударом наточенной катаны. Кохэку унаследовал его силу и стать, а так же жесткий характер и принципиальность.       — Повелитель, — тхал-чирудо поклонился во второй раз, — прошу простить меня за то, что осмелился прервать Вас и почтенного тхал-шикуи от чайной церемонии.       Было очевидно, что что-то не так. Яо нахмурился.       — Что привело тебя, Кохэку?       Правитель Ио понял, что нет смысла звать внука присоединиться к ним за церемонией. Тот был даже бледнее, чем обычно, длинные шелковистые волосы были собраны в низкий хвост, не такой аккуратный, как обычно, одежда же показалась немного потрепанной. Словно тхал-чирудо мчался со всех ног, торопя коня.       — Огромная необходимость, мой повелитель, — отозвался юноша. — Я вынужден требовать справедливости для себя, ибо моя часть альфы задета низменным преступлением.       Тхал-рура поднялся с места. Он отошел от стола, а Кику так же поднялся на ноги.       — Подойди ближе.       Кохэку, наконец, поднял голову. Пожалуй, думал иногда Яо, Кохэку был красивым альфой, и выделялся он не только за счет высокого роста и крепкого телосложения.       Тхал-чирудо исполнил то, что было велено. Едва он оказался ближе, тхал-рура поджал губы. Внук был выше его на добрые полголовы.       — Если задета честь альфы нашей династии — это истинное преступление. Говори, кто осмелился?       Тхал-чирудо в самом деле выглядел оскорбленным.       — Мой супруг, — ответил он. — Оши, которого Вы воспитали при дворе и которого отдали мне в супруги, вот уже несколько месяцев изменяет мне с безродным альфой. Я прознал об этом по воле случая, но не хотел верить, однако…       Яо сжал ладони в кулаки. Оши был одним из омег, что служили при дворе. Едва он созрел, правитель буквально навязал его в супруги Кохэку, несмотря на то, что тот был слишком низкого происхождения для тхал-чирудо. У Оши была тайная обязанность — он должен был докладывать в письмах тхал-руре обо всем, что делает его супруг. Так Яо себя обезопасил. Ведь Оши все исправно выполнял.       — Однако?       Кохэку не изменился в лице.       — Однако я увидел все лично. Стоит мне отлучиться из замка, и Оши бросается в объятия любовника. О том все слуги судачат. Не это ли великое оскорбление, повелитель?       Тхал-рура мотнул головой.       — Быть того не может. Ведь Оши был воспитан наилучшим образом.       Однако правитель прекрасно понимал, что Кохэку не стал бы бросаться подобными обвинениями без железных доказательств.       — Я сказал ему, что отлучусь на несколько дней, и более чем уверен, что он уже с любовником. Уверен, и Вы сможете убедиться в этом, если поедете со мной в замок.       Тхал-рура не мог оставить подобное без внимания. Не важно, как он относился к Кохэку, ведь этот юноша — тхал-чирудо. Его оскорбление — это оскорбление всей династии.       — Раз так, то едем сей же час.       Если Оши виноват — он должен быть наказан. Если факт измены подтвердится — первым делом последует развод, а уже потом обвинительный процесс. И если в ходе процесса Оши проболтается о том, что он шпионил за супругом для правителя, всплывшая неприятная правда может ударить по репутации тхал-руры. А этого допускать нельзя.       Так что тхал-рура в компании внуков и доверенных стражников помчался в северный замок.

***

      Кальт был главным городом княжества Норден. Он имел весьма древнюю историю. Из-за сухого холодного климата и несколько тяжелых условий жизни, население его было небольшим. Закаленные в холодах, альфы обладали могучими телами и крепким здоровьем, а потому были отличными воинами.       Хенрик вернулся в свой дворец в прекрасном расположении духа. Бервальд тут же отлучился по своим делам, потому как в ближайшее время не был нужен князю.       — Где мой любимый супруг? Зовите его сюда, да поживее!       Так князь называл своего первого супруга, с которым они находились в браке без малого двадцать лет. Лукасу было четырнадцать, когда Хенрик, так и не получивший Рохана, решил взять его в супруги. В ту пору у омеги как раз произошла первая течка. Омеги Нордена вступали в брак и рожали в раннем возрасте, это считалось нормой.       У них уже было пятеро детей, когда Хенрик взял второго супруга, решив, что первый ему уже надоел. Только князь мог позволить себе иметь сразу нескольких супругов. Второй, омега по имени Арне, надоел Хенрику еще быстрее, и он просто вернул в постель Лукаса. Арне родил от него одного сына, которому как раз исполнилось десять лет. Князь редко навещал второго супруга, а вот первый, уже после появления во дворце Арне, успел родить еще двух сыновей.       — Мой господин?       Хенрик посмотрел на супруга и улыбнулся. Тот всегда был немыслимо стройным для омеги, что родил семерых детей. Светловолосый и светлокожий, Лукас считался идеалом омеги в Нордене. Альфы суровых краев ценили в омегах послушание, кротость и полное подчинение, а уже потом отточенную холодную красоту.       — Иди сюда.       Едва Лукас оказался ближе, Хенрик схватил его за ворот теплого камзола, прижал к себе и тут же поцеловал в губы. Что бы князь не делал, воспитанный в традициях Нордена, омега никогда не смел отказывать ему хоть в чем-то.       От Лукаса всегда пахло сандаловым маслом. Он натирал им кожу, которая вечно шелушилась от холода. Разорвав поцелуй, князь посмотрел в глаза супругу.       — Я весь истосковался по тебе, но потешим плоть позже. Сейчас нужно разобраться с кое-чем важным.       Омега сглотнул.       — Как скажете, господин.       Он всегда оставался спокойным, и Хенрику это нравилось. Однажды князь решил похвастаться своим новоявленным супругом перед друзьями, а потому лично вывел Лукаса в центр зала, где собрались уже не трезвые альфы, раздел омегу и позволил всем его рассмотреть. Альфы были в восторге, а Лукас вовсе не изменился в лице, хотя для него подобная выходка супруга была неожиданностью. Никаких истерик и слез, никакой мольбы о прекращении подобного безобразия. Холодное, почти равнодушное спокойствие.       Хенрик, так сложилось, был весьма эмоциональным человеком, который на дух не переносил эмоциональных омег. Таких, как его собственный родитель, с которым он уже однажды обошелся весьма жестоко. Его раздражали крики омег и слезы, раздражали столь сильно, что он мог вырвать омеге глаза, лишь бы тот не плакал.       Арне тоже оказался эмоциональным. Как бы он не старался сохранять спокойствие, Хенрик видел его опухшее от слез лицо слишком уж часто, и именно поэтому устал от супруга.       — Где Лансель?       Лукас посмотрел на супруга.       — Он с остальными омегами, занимается вязанием.       Хенрик отпустил супруга и зашагал в сторону столешницы, на которой всегда стояли графины, полные вина или эля.       — К чертям это вязание. Веди его сюда, я, наконец, нашел применение для нашего сына.       Лансель был единственным сыном-омегой Хенрика, не считая незаконнорожденного бастарда, разумеется. Три сына, рожденных Лукасом, были альфами, и их Хенрик действительно любил, а остальные, беты, в том числе и сын от Арне, были ему просто не нужны. Они жили во дворце. Кто-то из них мог еще стать воином, но в большинстве своем их ожидали должности при дворе вроде хранителя покоев или казначея.       С Ланселем же все было иначе. Хенрик знал, что сын-омега ему однажды точно пригодится, а потому обеспечивал его всем необходимым и воспитывал строго в традициях Нордена. Прежде князь считал, что было бы отличным вариантом навязать сына в супруги Гилберту, едва тот свергнет императора и займет его место. Хенрик бы смог на него влиять, а едва бы Лансель родил наследника, князь бы и вовсе избавился от Гилберта и от всех его бастардов от связей кровосмешения, позаботился бы о том, чтобы его внук получил титул и стал бы регентом до его совершеннолетия.       Но эти планы уже в прошлом. Гилберт так и останется ни с чем, хотя он с самого начала был обречен, просто даже не догадывался об этом.       — Применение? — осторожно спросил Лукас.       Князь налил себе в кубок эля, выпил залпом, а потом вытер влажные губы тыльной стороной ладони.       — Именно! Приведи его в порядок, живее. Он должен быть здесь в самое ближайшее время.       Лукас кивнул.       — Разумеется.       Как только омега ушел, Хенрик выпил еще эля, а уже потом подошел к своему рабочему столу, заваленному важными свитками и картами. Его свидетели уже были готовы, они вызубрили свои показания и не могли солгать. Единственной проблемой оставался только омега-рыцарь, Хедервари. Князь давно начал понимать, насколько опасен этот человек. Он часто оказывал влияние на Гилберта и не позволял ему оступиться, несмотря даже на несносный характер кронпринца. А еще он всегда мог предугадать, что сделает Хенрик. Альфа ненавидел этого омегу, но при этом ничего не мог ему сделать.       — Император никуда уже не денется. Как знать, может, Людвиг будет сговорчив? Он умнее Гилберта, это плохо, но все же…       Князь раздумывал до тех пор, пока не вернулся его супруг, ведя за собой Ланселя. Хенрик улыбнулся.       — Наконец-то.       Мужчина поднялся с места и приблизился к сыну. Тот почтительно склонил голову и замер, не решаясь поднять взгляд.       — Отец.       — У тебя волосы отросли? — приблизившись, Хансен провел пальцами по белокурым локонам омеги. Те и правда стали длиннее и теперь касались лопаток. — Хорошо, — заключил князь. — Так смотрится лучше. Ну-ка, подними голову.       Лансель невольно вздрогнул, когда отцовские пальцы грубо обхватили его подбородок и заставили задрать голову. Сперва омега зажмурился, но потом расслабил лицо и открыл глаза, понимая, что от него требуется. Хенрик тем временем осмотрел его лицо, повернул сперва влево, потом вправо, осмотрев скулы, уши и шею. Лансель был похож на отца внешне, имел такое же немного вытянутое лицо, ровный нос и голубые глаза.       — Не дурно, не дурно, — кивнул он. Его вторая рука зарылась в волосы сыну. — Достаточно густые, отлично. Фаландрия ищет супруга для своего короля, — на сей раз князь обратился к супругу. — У императора не было подходящих кандидатов. Зато у нас есть. Я слышал, что королю Фаландрии двадцать четыре года. Ланселю уже шестнадцать. И это идеально. Сделав сына королевичем, я расширю свою власть.       Лукас определенно был взволнован. Сложно сказать, чем именно — планами мужа или тем, что он трогал их сына.       — Его Величество это допустит?       Хенрик засмеялся.       — А куда он денется? Я с ним уже говорил. Нужно привезти Ланселя в столицу, и как только он скажет, что согласен на брак, его заберут в Фаландрию. Королю повезет с юным и красивым супругом, а мне повезет с влиятельным зятем.       Лукас покосился на сына.       — Уверен, Вы знаете, что делаете, господин.       — Еще бы.       Отпустив подбородок Ланселя, князь окинул взглядом его фигуру, а потом вдруг обхватил руками ворот камзола и решительно разорвал его, оголив грудь омеги. Тот вздрогнул, но альфа этого вовсе не заметил. Лукас мог лишь смотреть на то, как его супруг рвет одежду, оголяя сына. Лансель остался совершенно обнаженным, а князь откинул в сторону тряпки, в которые превратилась одежда Ланселя.       — Нужен хороший наряд, — сказал князь. — Надо, чтобы он выглядел ослепительно! Пусть фаландрийские сваты обомлеют от одного лишь взгляда на него.       Лукас покорно кивнул.       — Я велю портным этим заняться.       Тем временем Хенрик осмотрел теперь уже обнаженное тело сына. Он взял его за локоть, прошелся пальцами второй руки по груди омеги до низа живота.       — Тощий. Но это и к лучшему, — словно мимоходом заметил он, а после повернул Ланселя спиной к себе. Его взгляд прошелся по бледной коже вниз и задержался на ягодицах. Мужчина беспардонно обхватил ладонью одну из них. — Ну, хоть задница хороша. — Он отвел ягодицу в сторону, критично осматривая ложбинку. — Нужно сбрить все волоски тут. Сам этим займись, — сказал он супругу. — Да поаккуратнее, чтобы не единой царапинки не было. Спереди можно не трогать.       Лукас сглотнул и вновь кивнул.       — Как прикажете.       Хенрик вновь повернул сына лицом к себе.       — Слушай меня внимательно. Тебя приведут в порядок, через два дня я повезу тебя в столицу. Когда тебя спросят, согласен ли ты пойти за короля Фаландрии, ты ответишь согласием. Потом ты поедешь к этому королю, станешь его супругом, будешь покорно его ублажать, раздвигать перед ним ноги и рожать от него сыновей. Ты меня понял?       Лансель был напуган, но он сохранил внешнее спокойствие, сказывалось строгое воспитание отца.       — Да, я все понял.       — Вот и хорошо, — князь шлепнул его по ягодице. — Ты будешь полезен мне там, так что постарайся. А ты, любимый, — он посмотрел на Лукаса, — объясни ему, как ублажать мужа. Хотя… — его лицо расплылось в улыбке, не предвещавшей ничего хорошо для омег, — лучше садись на диван, — он тут же подтолкнул обнаженного сына в сторону дивана, что стоял как раз рядом с кроватью. — Посмотришь сам, как это делается. И не смей отворачиваться, иначе учить буду по плохому.       Беспомощного Ланселя просто швырнули на диван. Лукас растеряно посмотрел на сына, не понимая, что ему делать и как быть, но Хенрик не дал ему возможности что-то изменить.       — Раздевайся, живее. У меня уже окреп член.       Князь был весел, а Лукас в который раз осознал, что хотел бы просто умереть, забрав с собой несчастного сына. Но у них обоих никогда не было выбора.

Гилберты и Анжела Сайни — Общество народной музыки Хантингтона

Канадские артисты Гилберты и Анджела Сайни выступают в роли исполнителей во время серии виртуальных концертов Hard Luck Café Общества народной музыки Хантингтона, которые проводятся в сотрудничестве с Центром киноискусства в четверг вечером, 20 мая. Они продемонстрируют свои таланты в прямом эфире. с 8 до 9:30 вечера через канал FMSH на YouTube.

«Хотя пандемия COVID-19 не позволяет Хантингтонскому обществу народной музыки проводить личные концерты в настоящее время, наш совет директоров признает важность музыки в эти трудные времена и считает, что шоу должно быть онлайн», — сказал Майкл. Корнфельд, президент правления некоммерческой организации.Он отметил, что, хотя плата за вход на концерт не взимается, мы очень ценим чаевые для артистов, которые потеряли много концертов и не могут поехать в тур из-за продолжающегося кризиса со здоровьем. Информация о виртуальной баночке для чаевых размещена ниже и будет отображаться на вашем экране во время концерта:

http://www.paypal.me/TheGilbertsMusic

https://www.paypal.com/paypalme/AngelaSainiMusic

THE GILBERTS — это современное фолк-трио из Новой Шотландии, которое было названо молодыми исполнителями года на церемонии вручения наград Canadian Folk Music Awards 2021 в апреле. Фриден, Рубен и Мэйси Гилберт привносят в свои песни и сцены живые трехголосные гармонии, душевный лиризм и мелодичную алхимию. После эмиграции в Канаду из Великобритании малышами в 2003 году Гилберты выросли на полях фольклорных фестивалей вокруг Новой Шотландии, прежде чем перейти к открытому микрофону, а затем выступать на небольших мероприятиях, что привело к выступлениям на главной сцене фестивалей по всей провинции, на которых они были. появляются самые молодые художники. Хотя вокальные гармонии лежат в основе их музыки, все трое являются мультиинструменталистами, и их аранжировки песен могут включать гитару, мандолину, укулеле, педальную сталь, саксофон, трубу, флейту, перкуссию и терамин.Трио выпустило свой дебютный альбом The Gilberts: One в 2020 году, а в начале этого года за ним последовал Tell Me. Разнообразные музыкальные влияния влияют на их написание песен, исполнение и выбор, включая хоровую музыку, музыкальный театр, софт-рок и поп-музыку 1970-х годов, авторов-исполнителей и народную музыку с 1960-х годов до наших дней. Братья и сестры также нашли способы, как преднамеренные, так и случайные, синтезировать элементы богатого музыкального наследия Восточного побережья Канады, жизни и влияния, оставленные в Великобритании.

Вот ссылка для просмотра нескольких видеороликов трио: www.thegilbertsband.com/videos.

АНЖЕЛА САЙНИ — канадская исполнительница народной поп-музыки из Торонто, выросшая в канадских прериях, с позитивным и воодушевляющим взглядом на жизнь. Она все о вторых шансах и расширении прав и возможностей других. Номинант премии Independent Music Award 2020 и победитель премии Toronto Independent Music Award 2017, она поднимает настроение и вдохновляет публику пением и рассказами о мужестве и поиске радости в удивительных местах.На счету Анджелы пять туров по Канаде, а также несколько походов по Германии, Нидерландам и Великобритании. Позитивная и жизнерадостная певица, BBC Radio назвала ее «чрезвычайно талантливой», а издание The Examiner назвало ее «одним из лучших инди-авторов песен в Торонто». Анжела наиболее известна своей солнечной песней «Living on the Bright Side». Она продемонстрировала свои таланты на фольклорном фестивале в Филадельфии и на ряде музыкальных фестивалей в Канаде. Ее способность сочетать гуманистические и честные темы, наполненные цепляющими крючками и запоминающимися мелодиями, делает ее интересной и привлекательной.Анджела прошла путь от лидера своей школьной рок-группы и любви к гранжу до возвращения к своим корням в альбоме Hope on the Stereo (2019). Среди артистов, на которых она ссылается как на тех, кто оказал на нее раннее влияние, — Ани Дифранко и Долли Партон.

Вот ссылка для просмотра нескольких видеороликов Анжелы: www.angelasaini.com/videos.

Центр кинематографических искусств (www.cinemaartscentre.org)
, основанный в 1973 году, стремится принести лучшее из кинематографического мастерства на Лонг-Айленд и использовать силу кино для расширения осведомленности и сознания нашего сообщества.Единственный некоммерческий независимый кинотеатр Лонг-Айленда, поддерживаемый зрителями, представляет широкий спектр фильмов, которые часто сопровождаются дискуссиями и приглашенными докладчиками.

Общество народной музыки Хантингтона (www.fmsh.org), основанное в конце 1960-х годов, обычно представляет две ежемесячные серии концертов, ежемесячный фольклорный джем и ежегодный фольклорный фестиваль совместно с Хантингтонским советом искусств. Он надеется возобновить эти личные мероприятия, как только это станет безопасным и возможным. FMSH является членом Международного фолк-альянса, Совета искусств Хантингтона и Альянса искусств Лонг-Айленда.

Кладовая Гилберта | CSI — Колледж Южного Айдахо

Кладовая Гилберта — это запас еды для всех студентов CSI. Мы уважаем конфиденциальность студентов, и процесс получения пожертвований является конфиденциальным. CSI Student Services открыла Gilbert’s Pantry, чтобы помочь студентам CSI, страдающим от нехватки еды.

Если вы в настоящее время являетесь студентом CSI и вам может понадобиться помощь, знайте, что ваш запрос будет обработан в частном порядке и конфиденциально. Вам нужно будет заполнить  Форму запроса кладовой Gilberts .

Сделать пожертвование

Кладовая принимает пожертвования (долгопортящиеся продукты), а также предметы гигиены.

Пожертвования можно оставить в Управлении по делам студентов, здание студенческого союза, 2-й этаж.

Непортящиеся пищевые продукты

  • Консервированные фрукты и овощи
  • Макаронные изделия и крупы
  • Супы
  • Сухие бобы
  • Кулинарное масло
  • Консервированный протеин
  • Зерновые
  • Протеин, мюсли и энергетические батончики
  • Сок
  • Пудинг/яблочное пюре
  • Трейл Микс
  • Арахисовое масло
  • Варенье
  • Подарочные карты

Личные туалетные принадлежности

  • Шампунь
  • Мыло
  • Стиральный порошок
  • Зубная щетка и зубная паста
  • Дезодорант
  • Туалетная бумага
  • Бумажные полотенца
  • Бритвы

Запрос помощи для себя или другого лица

  1. Отправить форму запроса кладовой Gilberts
    • Электронная почта:  Отправьте форму запроса по электронной почте [email protected] Эду
    • Лично: Подайте форму запроса лично в Управление по делам студентов, в здании Taylor на 2-м этаже
    • Внутренняя почта: Внимание: Кладовая Гилберта, Taylor Bldg.
  2. Предметы самовывоза
    После отправки формы предметы будут доступны в течение 2-5 рабочих дней. Вы получите электронное письмо или позвоните, чтобы забрать ваши товары, когда заказ будет выполнен.

Зона Гилберта


Металлические артефакты от Гилберта.фото Милтон Белл.

Нажмите на картинку, чтобы увеличить  

… сайт Гилберта, похоже, сыграл ключевую роль в торговле ружейными лошадьми в середине восемнадцатого века, французская связь в дубовых и орешниковых лесах на северо-востоке Техас.

Джей Блейн (слева) и Кинг Харрис начинают небольшой испытательный шурф в лесистой местности участка. Фото Джеррили Блейн.

Доски для бисера, собранные Кингом и Инусом Мари Харрис. В этих примерах в основном представлены бусы от Гилберта. сайте и находятся в коллекциях TARL.Доски Harris Bead могут можно найти в исследовательских центрах по всей стране. Смитсоновский институт Заведение обладает самой большой коллекцией. Фото Милтона Белла.

Джей Блейн определяет местонахождение артефактов выставлен на месте Гилберта, 1962 год. Фото Джерри Блейн.

Во многом благодаря детективной работе Джея Блейна можно рассказать большую часть истории сайта Гилберта.

В пост-дубовой саванне около 50 милях к востоку от Далласа находится необычный археологический памятник, место, которое сыграл малоизвестную роль в истории Техаса. Здесь каких-то 250 лет назад группа коренных американцев, связанная с Каддо, организовала охотничью охотничью ферму. и лагерь по обработке шкур, производивший тысячи оленьих шкур для международный рынок.Шкуры предназначались Европе для создания изысканная кожаная одежда для парижан и других утонченных людей, мало из которых могли бы представить себе происхождение их гладкой и мягкой кожи одежда. Их вкусы в моде обогатили жизнь пока еще неизвестного группа, связанная с Каддо и Южной Уичито, возможно, малоизвестный Кичай. Кем бы ни были обитатели участка Гилберта, они обладал богатыми европейскими товарами, особенно ружьями и другие металлические предметы, на самом деле так много, что они совершенно хорошо отказались от предметы, включая совершенно новые железные мотыги.

К началу восемнадцатого века французские торговцы, из Луизианы создали разветвленную сеть индейских партнеры и клиенты, предоставившие в обмен шкуры оленя и буйвола для оружия и других европейских товаров. В то время как подробности французского торговля мехом в районе Великих озер далеко на севере хорошо известна, история французской торговой сети в Техасе и Луизиане менее известен.Для групп коренных американцев в Техасе французское оружие особенно приветствовались, потому что испанцы, которые тогда контролировали большая часть региона (по крайней мере, на бумаге) запретила своим гражданам торговать оружием с коренными народами. Помимо своей ценности в качестве оружия, ружья также ценились, потому что их можно было легко обменять на лошадей. В начале восемнадцатого века группы Южных равнин, такие как у команчей были большие табуны лошадей, но относительно мало орудий, в то время как более оседлые группы в глубоком восточном Техасе и дальше на восток в долине Нижней Миссисипи были французские пушки, но мало лошадей. Судя по имеющимся археологическим данным, стоянка Гилберта выглядит сыграл ключевую роль в торговле ружейными лошадьми в середине восемнадцатого века. века, французская связь в дубовых и орешниковых лесах северо-востока Техас.

Участок Гилберта находится в северной части округа Рейнс недалеко от Верхнее течение водохранилища Лейк-Форк. На западе находится Блэкленд Прерия, где начиналась страна бизонов.На востоке сосновый лес, Родина Каддо. Учитывая обширные свидетельства добычи оленей на участке Гилберта его расположение в Пост-Дубовой саванне, очевидно, было не авария. Олени были бы гораздо более распространены здесь в смешанных леса и пастбища, чем на западе, где был более открытым или восточнее, с его густыми лесами. По факту, сегодня это место по-прежнему является частью аренды для охоты на оленей.

Рассказ об археологических исследованиях на Место Гилберта заслуживает внимания в истории археологии Техаса. В 1962 г., добровольцы и студенты-археологи из Техаса. Археологическое общество (TAS) и Далласский археологический Общество (DAS) собралось на площадке Гилберта в Северном Рейне. уезда и производил знаковые раскопки под руководством доктораЭдвард Джелкс и несколько других профессиональных археологов. из Техасского университета. Почти 40 лет спустя Гилберт это место остается единственным тщательно исследованным индейским сайтом в Техасе. который произвел большую коллекцию французских торговых товаров. Что важно, очень успешное, кооперативное и образовательное объединение профессиональных и археологи-добровольцы заложили традицию: поле ТАС Школа, ежегодное мероприятие с тех пор (см. Рождение полевой школы ТАС).Партнерство продолжалось в течение фазы анализа и написания, а в 1967 году тридцать седьмой том Бюллетеня Техасского археологического общества (BTAS) был полностью посвящен сайту Гилберта, объединенному труду 31 участники.

Археологи-добровольцы продолжили исследования на сайте до начала 1980-х, часто конкурируя с коллекционерами вооружены металлоискателями.Многое из того, что мы знаем о Сегодняшний сайт Гилберта создан непосредственно благодаря усилиям добровольцев по спасению. Р. «Кинг» Харрис, Инус Мари Харрис, Джей Блейн, Джеррили Блейн и другие члены DAS и TAS. Это из-за настойчивость и особые интересы Джея Блейна, в частности, что большая часть захватывающей истории сайта Гилберта теперь известна. Блейн говорит, что он обязан сайту Гилберта не меньше, чем мы ему.Во время первоначальной работы в 1962 году Блейн был новичком в археологии. «Новорожденный», как он выразился. Но он попался с хорошим толпе, особенно его наставник, покойный король Далласа Харрис, легендарный коллекционер, ставший археологом. Харрис был содиректором Исследования 1962 года на участке Гилберта. Одна из многих вещей что отличало Харриса от других археологов-добровольцев, так это то, что он приобрел исключительный опыт в индийских памятниках исторической эпохи. и в торговле бисером в частности.Знаменитые бисерные доски, которые Харрис и жена Инус Мари, вместе взятые, содержат примеры сотен сортов стеклянных торговых бусин, идентифицированных по стране происхождения и дата. Они до сих пор остаются бесценным справочным материалом при исследованиях. лаборатории и музеи по всей стране.

 

Стрелок

Как король Харрис, Джей Блейн стал экспертом, в данном случае о металлических артефактах — ружьях, мечах, ножах, котлах, топорики, мотыги и всякие мелкие металлические вещи забыты, особенно части оружия.Впервые он заинтересовался металлическими артефактами. в конце 1940-х, когда, будучи студентом колледжа в Калифорнии, он захлестнуло государственное увлечение столетней годовщиной знаменитых ’49ers. Блейн начал читать исторические отчеты, в том числе дневники, описывающие страшные испытания, выпавшие на долю обозы, пытавшиеся пересечь «40-мильную пустыню» в западной Неваде.Это привело к посещению этого района семьей отпуск. То, что он нашел, ужаснуло и очаровало его — всевозможные разбросанных обломков фургонов времен Гражданской войны. Эти вещи принадлежали в музеях, думал он, и, не зная, что еще делать, собирал примеры некоторых любопытных металлических артефактов, которые он нашел. Больше всего он не мог сразу определить, и поэтому он начал задавать вопросы и чтение малоизвестных справочных материалов.Вмешалась жизнь, и Блейнс переехал в Техас, где стал почтовым надзирателем.

В 1960 году Блейн наткнулся на копию BTAS. и понял, что есть и другие, кто был очарован с ранней историей, запертой в разрозненных фрагментах. Так он присоединился к TAS и DAS и начал посещать собрания и заниматься волонтерской деятельностью. помогать на раскопках. Через Харриса он связался с несколькими исторические места Индии с любопытными металлическими артефактами.В рамках Гилберта, он был «приговорен к владению огнестрельным оружием — они вряд ли позволил бы мне смотреть на что-нибудь другое, — говорит он полушутя. Вскоре он понял, что тогда почти ничего не было известно о французские торговые пушки; даже у большинства царствующих экспертов был плохой понимание тонкостей, связанных с различением похожих частей сделанные на разных заводах, в разных странах и в разных раз.«Мне нравится вламываться в систему и смотреть, из чего она состоит из», — говорит Блейн, и именно это он и сделал.

Сегодня Блейн признан одним из выдающихся власти по металлическим артефактам. Он построил очень важный сравнительный коллекция задокументированных металлических артефактов и, в процессе, стать экспертом в консервации и идентификации металлов. Несмотря на то что он утверждает, что он на пенсии и «за холмом», его опыт пользуется спросом.Он продолжает помогать археологам и музеям идентифицировать и сохранить металлические артефакты, такие как следы Коронадо 1541 г. экспедиции, которые недавно были найдены в Техасе Панхандл. Поскольку именно благодаря детективной работе Блейна большая часть история сайта Гилберта может быть рассказана, мы обратимся к нему за более подробной информацией. сказки (см. French Connection в Восточном Техасе).



Французский кремневый замок от Gilbert; верх, интерьер, и внешний вид.

Карта сайта Гилберта, любезно предоставлена ​​Джеем Блейном.

Стеклянные бусы с сайта Гилберта. Фото Милтона Белла.

Джерри Блейн помогает составить карту в маленьком испытательная яма на участке Гилберта, конец 1960-х.Блейны вернулись на сайт Гилберта много раз в 1960-х и 1970-х годах и спас много артефактов и информации, которые в противном случае были потеряны для коллекционеров артефактов. Фото Джея Блейна.

Рождество с Гилбертами — история, тайна и немного романтики

Кейт Терри Гилгуд, мать известного актера сэра Джона Гилгуда

Хотя у Уильяма и Китти Гилберт никогда не было собственных детей, они оба наслаждались компанией молодых людей и любили устраивать пышные вечеринки для детей друзей и семьи.

Одной из девушек, которым нравились их вечеринки, была Кейт Терри Гилгуд – дочь актрисы Кейт Терри и Артура Джеймса Льюиса (торговец шелком фирмы Lewis & Allenby) и мать знаменитого актера сэра Джона Гилгуда. В Кейт Терри Гилгуд: автобиография (1953) она объяснила: «И автор, и композитор были друзьями моих родителей, и мистер и миссис Гилберт каждый год приглашали нас на рождественские вечеринки в свой дом…»

Родившейся в 1868 году юной Кейт было от 10 до 14 лет, когда она посетила описанные ею рождественские вечеринки.Вечеринка, состоявшаяся в декабре 1881 года, включала особое угощение:

«… Гилберты построили новый дом в Харрингтон-Гарденс с моделью H.M.S. Фартук в виде флюгера, а в этом доме… было установлено электрическое освещение, и здесь рождественская елка, вместо того чтобы быть увешанной свечами и свертками, представляла собой ослепительную массу крошечных гирлянд, глобусов, синих, красных, зеленых и желтых, Свет внутри каждого. Посылки были нагромождены на пол, чтобы не портить эффект, но проигнорированы в шуме, чтобы было позволено передвинуть выключатель в стене, который мог погрузить комнату в темноту и, наоборот, восстановить свет сразу в дюжине светильников. .Мы замерли от удивления…»

Теперь забавно думать, что было время, когда подарки под елкой игнорировались в пользу того, чтобы выключать и включать свет на елке, выключать и включать…

Дети разбудили чувство юмора Гилберта. Многие из его писем к детям особенно игривы и забавны. За несколько лет до того, как 20 декабря 1876 года У.С. Гилберт отправил мисс Терри рукописную рождественскую открытку, на которой было написано:

. Рождественское пожелание от WSG

«Желаю вам достойного, трезвого, умеренного и респектабельного Рождества, не обезображенного расточительностью и не запятнанного излишествами,

Я,

искренне ваш,

WS Гилберт.

 

Надеемся, что ваши собственные рождественские праздники будут полной противоположностью всему этому и очень веселыми!

 

 

 

 

 

 

Острова Гилберта | острова, Кирибати

Острова Гилберта , ранее Кингсмилл , группа из 16 коралловых островов и атоллов, часть Кирибати, в западно-центральной части Тихого океана в 2800 милях (4500 км) к северо-востоку от Австралии. Низменные острова — Макин, Бутаритари, Маракеи, Абаианг, Тарава, Майана, Абемама, Куриа, Аранука, Ноноути, Табитеуэа, Беру, Никунау, Онотоа, Тамана, Арораэ — покрыты кокосовыми пальмами и панданусами. Среднегодовое количество осадков колеблется от 120 дюймов (3000 мм) на севере до 40 дюймов (1000 мм) на юге.

Коренные жители Гилбертов — микронезийцы. Испанские исследователи могли обнаружить некоторые из островов еще в 16 веке. В 1765 году британский коммодор Джон Байрон открыл Никунау; в 1788 г. капитанТомас Гилберт заметил Тараву, а капитан Джон Маршалл обнаружил Арануку. Другие европейцы открыли оставшиеся острова между 1799 и 1826 годами. Название Острова Гилберта было дано группе в 1820-х годах. В 1892 году капитан Э.Х.М. Дэвис провозгласил Гилбертов британским протекторатом, и в 1916 году группа стала частью колонии островов Гилберта и Эллис. Острова были оккупированы японскими войсками в 1941 году, но в 1943 году японцы были изгнаны войсками союзников. В 1979 году острова стали частью независимой Республики Кирибати. (Название Кирибати — это написание имени Гилбертс на гильбертском языке.)

Британская викторина

Острова и архипелаги

Из чего состоят Мальдивские острова? Какой самый большой в мире архипелаг? Разберитесь в фактах об островах по всему миру.

Островки Южной Таравы, на которых расположены правительственные учреждения Кирибати — Байрики (исполнительная власть), Амбо (законодательная власть) и Бетио (судебная власть) — превратились в полугородские поселения.В других местах на островах люди живут в традиционных деревнях. Экономика основана в основном на сельском хозяйстве и рыболовстве, а основным экспортным товаром является копра. Общая площадь суши 108 квадратных миль (280 квадратных километров). Поп. (предварительный 2005 г.) 83 382.

Эта статья была недавно отредактирована и обновлена ​​Лоррейн Мюррей.

Гилберты о влиянии, пожертвовав 500 миллионов долларов.

// Фотография предоставлена ​​Дэном и Дженнифер Гилберт. Когда я впервые попросил об интервью с ней еще в марте, когда она взяла на себя большую часть обязанностей по выступлению при объявлении обещания Гилбертов 500 миллионов долларов Детройту, я представил себе глянцевую, стильную осеннюю обложку, которая представила публике долгое время загадочное присутствие. и познакомил читателей с жизнью занятой работающей матери невообразимого богатства.Это казалось уместным, учитывая, что ее муж, председатель совета директоров Rocket Companies Дэн Гилберт, все еще явно изо всех сил пытался говорить и ходить после инсульта в мае 2020 года, что вынудило его застенчивого в прессе спутника жизни осторожно выйти в центр внимания, чтобы объяснить свои благотворительные цели. . Мы все много знали о Дэне Гилберте — предпринимателе-миллиардере; перестройщик такого большого количества недвижимости в Мотор-Сити, что люди теперь называют центр Детройта «Гилбертвиллем»; снова и снова работодатель Леброна Джеймса как владельца «Кливленд Кавальерс» — но разве все не должны знать о вкладе в его состояние и статус, сделанном его супругой почти 30 лет?

Дэн Гилберт, как мне достоверно сказали, был всем ради крупного плана своей жены. Но, напуганная одним лишь представлением о своем лице на обложке журнала, она убила эту идею. На самом деле, в конце ноября, когда мы, наконец, «встретились» на видеоконференции Microsoft Teams — потому что, серьезно, как нам сделать выпуск Hour Detroiters 2022 года без пары, которая сделала умопомрачительный, рекордный подарок Детройту? — она могла видеть меня и мой неопрятный стол, но, увы, на моем экране не было ничего, кроме черного ящика с ее именем. Я спрашиваю, почему, и она отвечает: «Сегодня мне так удобнее.Позже я снова пытаюсь понять это противоречие между потребностью быть более публичной и предпочтением визита к дантисту, а не журналистским расследованиям, и она отвечает: «Я склонна быть более приватной. При этом я знаю, что вместе с тем, что у нас есть, возникает ответственность, и это одна из тех вещей, о которых моя мама всегда говорила: «Вы должны чувствовать себя комфортно в неудобном». я живу прямо сейчас».

На самом деле, Гилберты прямо сейчас живут за счет необычайной филантропической власти, которая пытается изменить город, в котором родился Дэн. Дженнифер Гилберт, 53 года, управляет Фондом семьи Гилбертов (GFF), то есть их частными пожертвованиями, а Дэн, конечно же, основал ныне государственного гиганта ипотечного кредитования, который породил целый список других предприятий и, что более важно для этой темы. , Фонд Ракетного Сообщества (RCF). Их столь хваленый десятилетний залог в размере 500 миллионов долларов — тщательно спланированное развертывание средств массовой информации, которое включало эксклюзивы для The New York Times и CBS This Morning — включает 350 миллионов долларов из щедрости семьи и 150 миллионов долларов от RCF, так что на самом деле, в сущности, все это вытекает из одного источника: их.

Этот шаг был отчасти вызван самоанализом, навязанным Гилбертам инсультом Дэна — он говорит, что делает большие успехи и в октябре даже выступал на Forbes Саммите моложе 30 лет в Детройте — а также из-за пандемии блокировки и протесты Black Lives Matter. «Все это предоставило место и время, чтобы не только подумать, но и действительно поговорить о том, как мы хотели двигаться вперед, и действительно помогло сформировать наши мысли и, в конечном счете, подарок», — говорит Дженнифер.

Дэн Гилберт, которому в этом месяце исполняется 60 лет, считает, что его жена приходит в себя после его болезни.«Я очень горжусь тем, как она отреагировала», — говорит он по электронной почте. «Она всегда была тесно связана со многими аспектами всего на протяжении многих лет. Я не мог и мечтать о лучшем резонаторе, партнере и доверенном лице. За последние пару лет она проделала замечательную работу с предприятиями и Фондом семьи Гилбертов — мне нужно будет взять у нее заметки».

Из обещанных 500 миллионов долларов на конец 2021 года было выделено всего около 40 миллионов долларов.Это включает в себя около 15 миллионов долларов, выделенных в первоначальном объявлении в марте 2021 года на выплату налогов на недвижимость для 20 000 малообеспеченных домовладельцев Детройта, кредитный рейтинг многих из которых был подорван долгами, которых у них даже не было бы, если бы они знали, как это сделать. Подпишитесь на городскую программу налоговых льгот. На сегодняшний день Детройтский фонд налоговых льгот, как его называют, помог примерно 2500 домовладельцам, еще около 4000 дел находятся в стадии рассмотрения и продолжается информационная кампания, направленная на то, чтобы побудить других подавать заявки. Остальные 25 миллионов долларов не были разбиты по проектам, но включают финансирование для возрождения бездействующего исторически бездействующего колледжа или университета Детройта для чернокожих (или HBCU), Колледжа бизнеса и дизайна Пенсоула Льюиса, а также программы под названием «Сосед соседу». ходят от двери к двери по всему городу, оценивая, в чем нуждаются жители в непосильном ремонте дома.

Действительно, Гилберты заявляют, что вместо того, чтобы просто сбрасывать деньги в городскую казну, они будут распределять средства в течение многих лет после консультаций с местными общественными лидерами и активистами.Среди тех, кто восхищается этим подходом, есть мэр Майк Дагган: «Я думаю, что Дэн и Дженнифер Гилберт создали фонд просто потрясающе. Они полностью сосредоточены на давних жителях Детройта, которые хотят остаться в этом сообществе, хотят жить в качественных районах и не хотят нести бремя налоговых задолженностей. А Дэн вырос в Детройте и был очень успешен в жизни, и он пытается уравнять правила игры, чтобы у детей, растущих в Детройте, была такая же возможность. Их вклад огромен.

Объявленное в марте обещание Гилбертов стало самым крупным разовым подарком в истории Мичигана — в июне группа анонимных выпускников пожертвовала 550 миллионов долларов в фонд Университета Западного Мичигана — и, насколько кто-либо может сказать, по-прежнему остается самым большим из когда-либо существовавших американских городов. «Это цифра — и большая цифра — и мы хотели убедиться, что она имеет значение», — говорит Дженнифер Гилберт о том, как они пришли к этой цифре. «Но что еще более важно, мы хотели взять на себя значительные долгосрочные публичные обязательства, чтобы мы могли сформировать видение, вырастить команду и помочь нашим партнерам расти вместе с нами.Четкое понимание денежных обязательств позволяет нам планировать, помогает нашим партнерам по сообществу планировать и позволяет нам открыто и последовательно взаимодействовать с членами сообщества и нашими постоянными обязательствами. Итак, является ли эта сумма в долларах произвольной? Я бы ни в коем случае не сказал, что это произвольно. Но мы считаем, что это значительная сумма, чтобы действительно достичь того, чего мы пытаемся достичь».

Пара прошла долгий путь от своей первой милой встречи в комнате отдыха Rock Financial, ипотечной фирмы, основанной Дэном Гилбертом в 1985 году вместе со своим братом Гэри.Дженнифер, в то время 22-летняя выпускница Мичиганского государственного университета в Хантингтон-Вудсе, пытавшаяся во время рецессии начала 1990-х начать карьеру дизайнера интерьеров и приехавшая в офис, чтобы поработать над внештатным проектом для Гэри, заметила 29-летнего Дэна, готовящегося к работе. запишите рекламу на радио. «Мы с ним завели разговор, подружились и фактически встречались в течение следующих нескольких лет», — говорит Дженнифер, чей отец был дизайнером в General Motors Co., а мать много лет продавала косметику Mary Kay.«В то время как дизайн-бизнес оставался в тупике, ипотечный бизнес действительно набирал обороты, поэтому я подал заявление на работу в качестве ипотечного банкира в Rock Financial и начал работать зимой 1992 года. Так что наша дружба началась еще до того, как я действительно начал там работать. ”

В то время Rock Financial находилась в нескольких годах от того, чтобы стать пионером онлайн-ипотечного кредитования, который сделал бы Гилбертов миллиардерами, и десятилетиями до того момента, когда Дэн Гилберт переместит фирму, тогда известную как Quicken Loans, из Ливонии в Детройт, чтобы начать почти единоличную оживление центра города.Она просто думала, что он был остроумен и умен, говорит она.

Большую часть времени, пока Дэн Гилберт строил свое состояние, Дженнифер воспитывала пятерых детей, которым сейчас от 15 до 25 лет. «15 лет я была домохозяйкой, и это было роль, которую я выбрала и любила делать», — говорит она. «С течением времени я думаю, что моя роль расширилась до того, чтобы внести больший вклад в дизайн зданий». Сейчас она руководит двумя компаниями: дизайн-студией Pophouse и Amber Engine, инструментом для поставщиков, позволяющим отслеживать продажи и другие данные о продуктах на нескольких сайтах электронной коммерции.

Тем не менее, именно в благотворительности она делает свой самый большой след от их имени, начав много лет назад с сосредоточения внимания на сборе средств и повышении осведомленности о нейрофиброматозе, редком генетическом заболевании, диагностированном у их старшего сына Ника, когда ему было 15 месяцев. Опухоли НФ растут на нервах по всему телу, и Ник на протяжении всей своей жизни сталкивался с неоднократными госпитализациями и операциями. Затем Гилберты основали NF Forward, некоммерческую организацию, которая собрала почти 40 миллионов долларов на исследования нейрофиброматоза.

Дело в том, что Гилберты явно далеки от завершения. По оценке Forbes , он занимает 23-е место в списке самых богатых людей мира с состоянием в 30 миллиардов долларов на начало декабря. В 2012 году они пообещали раздать по крайней мере половину своего состояния до того, как умрут, как подписавшие Билла Гейтса, Мелинды Френч Гейтс и Уоррена Баффета Giving Pledge. Как они писали тогда: «Жить в этой великой стране и начинать, развивать и развивать бизнес было так захватывающе, что это невозможно выразить словами. Будет еще интереснее использовать богатство, создаваемое этими предприятиями, для улучшения нашего мира, который, как мы уверены, станет намного лучше в ближайшие годы и десятилетия.

Для некоторых пожертвования, какими бы сногсшибательными они ни были, являются лишь самовозвеличивающей частью огромного богатства, которое Гилберты приобрели благодаря налоговым льготам и готовности города практически отдать ценную недвижимость Гилберту для реконструкции. . Гилберты отмахиваются от такой критики, отказываясь отвечать прямо. Тем не менее, я также спрашиваю Дженнифер Гилберт, почему, в отличие от большинства мегадоноров, они не пишут свои имена на больничных крыльях, в аспирантуре или вообще на чем-либо, кроме самого своего фонда.«Ничто из того, что мы делаем, не делается для похвалы и эго», — говорит она. «В конечном счете, если размещение нашего имени на чем-то экспоненциально увеличивает влияние, мы подумаем об этом. Но если это ради того, чтобы наше имя было где-то на слуху, нас это не интересует. Это не наша цель. И это не то, что мы ищем».

Дженнифер Конлин участвовала в подготовке этого отчета.


Эта история является частью пакета 2022 Hour Detroiters, нашего ежегодного обзора человек, которые делают Motown лучше, интереснее и веселее.Узнайте больше о наших участниках Hour Detroiters здесь, а другие истории из январского номера 2022 – здесь.

К Гилбертам: Часть I | Новости, Спорт, Работа

«Роберт Льюис Стивенсон и группа отправляются сегодня на шхуне «Экватор» к островам Гилберта… Следует надеяться, что мистер Стивенсон не станет жертвой туземных копий; но при нынешнем состоянии его здоровья, возможно, искушение убить его может быть не очень сильным.

— Коммерческий рекламодатель Гонолулу Пасифик, 24 июня 1889 г.

Можно было бы предположить, что это уведомление было написано журналистом, представляющим интересы Америки в отношении будущего Гавайев, которое можно было бы описать одним словом — аннексия. По крайней мере, на этот раз массовых убийств не было, а политически, со временем, гавайская монархия была снесена. Это началось до того, как на сцену прибыло РЛС, и власти уже вынудили короля Давида Калакауа подписать более либеральную конституцию, которую супруга короля, его сестра Лилиуокалани, назвала «штыковой конституцией».Было хорошо известно, что знаменитый британский писатель присоединился к обреченному делу так называемого «Королевского набора», когда Стивенсон подружился с королем в его дворце Иолани 26 января 1889 года, всего через два дня после того, как его зафрахтованная яхта «Каско» прибыла в Гонолулу. после своего трудного путешествия на север от Таити.

Итак, когда пять месяцев спустя экспедиции Стивенсона пришло время снова выйти в море, король Калакауа был там, чтобы проводить его на борту 62-тонной торговой шхуны «Экватор».Как обычно, нет лучшего очевидца истории RLS, чем его падчерица миссис Изобель — «Белль» — Стронг. Когда много лет спустя она написала свою автобиографию под названием «Эта жизнь, которую я любила», Белль была во втором браке как миссис Изобель Филд:

.

«Экватор» — торговая шхуна, направлявшаяся в плавание между островами Гилберта. Когда мы (ее сын Остин) поднялись на борт, чтобы попрощаться, я был встревожен, обнаружив, что он такой маленький. Уверение моего брата, что это было 62 тонны, не сделало его больше.

Войдите в «Экватор», довольно новую торговую шхуну «пигмея», принадлежащую Wightman Brothers, Сан-Франциско. Она была в открытом море, когда 15-16 марта 1889 года справилась с печально известным тайфуном, который недавно пронесся по южной Полинезии, в том числе по конечной цели Стивенсона, Самоа. «Экватор» был первым уцелевшим кораблем, вошедшим в гавань Самоа, Апиа. после шторма это зрелище представляло собой разбросанные повсюду разбитые военные корабли из Германии, Великобритании и Соединенных Штатов.Экипаж принесет первые свидетельства очевидцев о разрушениях репортерам, ожидающим в Гонолулу.

Белль продолжает: «Король уже был там, когда Остин и я поднялись на борт, и когда мы все столпились в крохотной каюте, чтобы выпить за успех путешествия шампанским, мы были битком набиты, как сардины. Меня представили капитану Риду, бодрому и дружелюбному молодому человеку, который был доволен и взволнован этой затеей и явно очарован своими новыми пассажирами».

Мать Белль, Фанни, описала капитана Денниса (Денни) Рида, 23 лет, как «маленького вспыльчивого шотландца-ирландца, полного забавных выходок и всегда самого веселого и очаровательного компаньона.

Белль снова: «На борту было 15 мужчин, считая экипаж, и моя мать была единственной женщиной. Если бы лодка была океанским лайнером со всеми удобствами, она не могла бы выглядеть более довольной и безмятежной. Много позже она сказала мне, что ни одна обученная служанка не смогла бы и вполовину так заботиться о ней, как умелая и преданная А Фу».

Кто такая А Фу? А Фу — яркая фигура, присоединившаяся к экспедиции Стивенсона во время ее путешествия на шхуне-яхте «Каско» капитана Отиса из Сан-Франциско.Они были на Маркизских островах в течение месяца, когда на борт поднялся А Фу. Он заменил повара Антоне Кузину, китайца, который почему-то выдавал себя за японца. Арестованный за пьянство в столице Нука-Хива, он был уволен капитаном Отисом за дерзость. А Фу и не подозревал, что его новая работа повара и разнорабочего в «Каско» принесет ему бессмертие как новому члену, присоединившемуся к подвигам Роберта Льюиса Стивенсона и его окружения. А Фу появился при необычных обстоятельствах, если китайский мальчик, воспитанный полинезийскими каннибалами, кажется необычным.Белль снова берет верх:

«Потом рассказали, как А Фу своим быстрым умом спас их от гибели во время бури ночью (во время плавания «Каско» с Таити на Гавайи), когда все руки были сбиты с толку внезапным шквалом. Здесь был кое-кто, кого я видел на яхте, и я умолял рассказать его историю.

«Несколько лет назад на Маркизы была отправлена ​​партия китайских рабочих, и среди них был заменен ребенок, чтобы заполнить квоту. Он был слишком мал, чтобы работать, и, к счастью для него, был с негодованием выброшен подрядчиком.Добрые туземцы усыновили его, и А Фу вырос среди них, оставаясь там, когда пожилых китайцев вернули на родину. Благодаря хорошей еде, жизни на свежем воздухе, плаванию, гребле на каноэ и рыбной ловле с туземными ровесниками он вырос и стал высоким, мускулистым мужчиной, непохожим ни на одного китайца, которого я когда-либо видел, хотя он носил косу и брил голову. голову на манер своих соотечественников».

Муж Белль, художник Джо Стронг, был одним из 15 человек на борту «Экватора». Когда RLS и Сэм МакКлюр планировали это путешествие по Тихому океану перед пылающим камином Эндрю Бейкера в озере Саранак менее двух лет назад, в их планы входил тур с лекциями, когда все было закончено.Работа Джо заключалась в том, чтобы рисовать диапозитивы для диапозитивов в качестве наглядных пособий. Джо также принес свой аккордеон, у Фанни была ее гитара, у ее сына Ллойда была его гавайская гитара, какой-то неизвестный пришел с переносным органом, а руководитель экспедиции Роберт Льюис Стивенсон нес свой вездесущий пенни-свисток, которым вы все еще можете заплатить. увидеть на Стивенсон Лейн. Они также принесли ружья и боеприпасы, сигары, алкоголь, семена овощей, калий, марганцовку и волшебный фонарь. Члены экипажа британского военного корабля HMS Cormorant своими руками изготовили гамаки.

«Экватор» отплыл от Гавайев 24 июня 1889 года. Белль хорошо помнит это: «Вся семья выстроилась на палубе, чтобы сфотографироваться, как мы с Остином поднимаемся на пристань. Они все еще стояли и махали нам рукой, пока шхуна медленно удалялась. В бухте она выглядела крохотной ракушкой среди всех больших лайнеров и военных кораблей, стоявших тогда в порту, — такая маленькая пылинка, которая уносит всех членов моей семьи. Я не видел и не слышал о них снова в течение шести месяцев».

Последние новости дня и многое другое в вашем почтовом ящике

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.